Тед Деккер - Тьма

— Скажешь то, что мы знаем. А если он не согласится задержать поставки, скажи, что я начну пальбу. — Он повернулся к пленнице. — Только по мизинчикам, само собой разумеется. Вы же понимаете ситуацию.

— Да, понимаю. Совершенно очевидно, что вы сошли с ума.

Том кивнул.

— Вот-вот. И потому мне нужен резервный вариант. Если она не начнет соображать, может, папаша ее окажется умнее. Он должен понять, что моей целью была не ты, а его дочь.

— А что я скажу о твоем местонахождении?

— Скажи, что удрала из машины. Выпрыгнула на повороте. Не помнишь где. И, естественно, не имеешь представления, куда меня понесло.

— Еще одна ложь. Нагромождение лжи!

— Ложь во спасение. Эта ложь простительна.

— Надеюсь, ты хорошо все продумал. Как я узнаю, что происходит?

— От Жака. Уверен, что он не откажется поговорить с дочерью, если нам это понадобится. Если нужно будет выйти на меня, позвони, только осторожно, чтобы никто не увидел.

Кара подошла к прикроватной тумбочке, подняла телефонную трубку, поднесла к уху, дождалась гудка.

Слишком долго она жила в Юго-Восточной Азии, чтобы слепо доверять местной технике.

Потом подошла к брату, обняла его.

— С ума сойти…

— Удачи, сестренка!

— И тебе, братец! — Она отступила, еще раз глянула на Монику, направилась к двери. — Удачи с дамой, — усмехнулась она и прикрыла за собой дверь.

— Да, удачи с дамой, — иронично повторила Моника де Рейзон. — Крутой заокеанский ковбой заарканил телку. Киногерой, ничего не скажешь.

Том подобрал пистолет, оперся о комод, уставился на пленницу. Способ лишь один: сказать все как есть. Теперь, во всяком случае, она вынуждена будет его выслушать.

— Поверьте, вы ошибаетесь. Ведь я действительно пересек океан, чтобы с вами поговорить. Я действительно рискую головой, чтобы этого добиться. С чего вдруг я пустился бы во все тяжкие ради того, чтобы пообщаться с заносчивой француженкой? Потому что, если я не ошибаюсь, вы можете оказаться единственным человеком, способным предотвратить ужасные последствия. Вопреки произведенному мною на вас впечатлению, я весьма приличный и вменяемый парень. И несмотря на все ваши усилия доказать обратное, надеюсь, что вы весьма разумная и адекватная женщина. Я хочу поговорить с вами, поговорить так, чтобы вы меня услышали. Я очень устал, я на пределе сил, так что не нужно запутывать ситуацию больше, чем она уже запутана. Не слишком многого я от вас требую.

— Согласна. Но если вы ожидаете, что я предам интересы тысяч акционеров, доверивших средства нашей фирме, я вас разочарую. Я не собираюсь распространять какую-то клевету, даже под угрозой обещанной вами потери мизинцев. Могу предположить, что вы наняты конкурентами «Рейзон фармасетикаль». Если же вы приличный парень, как вы утверждаете, тогда почему вы так убеждены в осмысленности ваших действий?

Том оторвался от комода, подошел к окну, выглянул. По улице снуют тысячи таиландцев, не подозревающих, какая драма развивается над их головами, в захудалом номере захудалой гостинички.

— Сон. — Он повернулся к ней лицом. — Сон, ставший реальностью.

Карлос Миссириан терпеливо ждал, сидя в «мерседесе» на противоположной от отеля «Парадиз» стороне улицы. Он ждал наступления темноты. Тогда можно будет действовать.

Мимо «мерседеса» катил свою тележку уличный продавец сатаи. Карлос нажал на кнопку, опустил тонированное стекло. В охлажденный салон ворвался горячий воздух улицы. Карлос высунул из окна руку с двумя монетами по пять батов. Продавец быстро снабдил клиента подносиком с палочками, унизанными кусочками жареного мяса, и принял монеты. Карлос поднял стекло, вернул в машину прохладу, стиснул зубами и стянул с деревянной шпильки сочный пряный ломтик…

Отец его не уставал повторять, что самый хороший план без надлежащего исполнения превращается в бесполезную труху. А надлежащее исполнение зависит в первую очередь от точного временного графика, от четкой выверенности во времени. Сколько заговоров, сколько покушений, террористических актов сорвалось из-за несогласованности, из-за несовпадения во времени! Да очень много…

Появление этого америкоса на пресс-конференции стало для него неожиданностью. Томас Хантер, маньяк-лунатик, наблюдал за происходящим, сидя на два ряда впереди. Он, Карлос Миссириан, сам собирался подойти к этой мадам после презентации, запросить интервью, прикрываясь крадеными креденциями «Ассошиэйтед Пресс». На случай неудачи у него, разумеется, готов был и резервный вариант, но очевидный план обычно оказывается лучшим.