— Что это, Мишель? — спросил Барбикен, блеснув в темноте белками глаз.
Джулия расстегивала рубашку Хастона, пытаясь рассмотреть место ранения.
— Ку-клус-клан, сэр, — ответил Арданьян. — Во главе, если я не ошибаюсь, с нашим другом Маккольном.
— Ку-клус-клан? — задумчиво переспросил Барбикен. — Я слышал об этой шайке. Они организовались лет пять назад. Но я всегда думал, что они веселятся где-то далеко на Юге…
Он замолчал и наклонился к Хастону.
— Джимми, как дела, дружище?
— Ерунда. Царапина, масса Пол. Меня волнует другое. Маккольн со своими мерзавцами разнесут ваш особняк, если…
В это время Джулия, видимо, сделала неосторожное движение, и Хастон замолчал, скрипнув зубами.
— Рана сильно кровоточит, Пол, — раздался спокойный, чересчур спокойный, голос Джулии. — Нужно…
— Джу, Джимми, — перебил ее Барбикен. — немедленно спускайтесь в лабораторию. Ч-черт! Конечно, для секретности место дома выбрано очень удачно. Однако я хотел бы сейчас находится в помещении Общества на Юнион-сквер. Поскольку расположение особняка, оказывается, удачно и для банды полоумных южан. Можно, конечно, протелеграфировать, но время, время…
— Сэр, — снова произнес Хастон. — Им нужен я. Разрешите мне выйти к ним.
— Джимми, — в голосе Барбикена зазвучали пронзительные нотки стартовой сирены "Лунар Колумба", — немедленно иди с мисс Барбикен в лабораторию. И не высовывайтесь оттуда, пока я вам не скажу. Это приказ, мистер Хастон! Джулия, родная, не мешкай!
— Эй, Арданьян, чего же ты замолчал? Может принести тебе новые штаны? — раздалось с улицы.
— Новые штаны я пошью из вашей смирительной рубашки, сэр Эрик Маккольн, — мгновенно отозвался француз и выстрелил в ночное небо.
— Не пали понапрасну, Мишель, — остудил его Пол, наблюдая за тем, как Джулия, обхватив рукою поясницу Хастона, выводит его из кабинета.
— Вы поняли меня: не высовываться! — крикнул он им вслед и осторожно приблизился к окну, за которым заплясали какие-то багровые блики.
Призраки в балахонах уже зажгли два факела и их кони осторожной поступью начали приближаться к дому.
— Мистер Маккольн, — выкрикнул Пол, — если вы и ваши люди сделают еще хотя бы шаг, двое из вас получат в подарок по пуле в лоб. Кому они будут предназначены, определитесь сами.
— Наконец-то, — с издевкой в голосе прозвучало из-под балахона на передней лошади, — сэр председатель собственной персоной. Как обстоят дела в Мэрилендском артиллерийском обществе, мистер Барбикен? Сколько листов бумаги испоганил ваш черномазый секретарь?
— Эрик Маккольн, я принял решение. Если вы лично сделаете еще хотя бы шаг, то первая пуля будет вашей.
— Не пугай меня, Барбикен, — выкрикнул Маккольн, но кони остановились на расстоянии футов пятидесяти от выбитого окна. — А подумай лучше о том, какого выродка может родить твоя перепуганная жена.
— Скотина! — скрипнул зубами Мишель.
— Тем более мы не хотим причинять вреда никому из вас, — продолжал тем временем Маккольн. — Мы с вами одной крови и одного цвета кожи. Хотя, Барбикен, ты — психически болен, если позволяешь негритянскому ублюдку жить рядом с собой. Интересно, какой цвета будет твой ребенок?
Раздалось ржание. И только через мгновение Пол понял, что это — смех собравшихся на лужайке. Он слушал Маккольна со спокойным лицом, и только побелевшие костяшки пальцев, сжавших рукоятку кольта, указывали на то, сколько усилий нужно для этого спокойствия.
— Я хочу тебе помочь, Пол. Помочь восстановлению твоего душевного здоровья. Для этого, как ты понимаешь, необходимо хирургическое вмешательство. Ты умный человек и знаешь, что общество будет на моей стороне, а не на твоей. Пусть Хастон выйдет к нам и мы немедленно покинем твою территорию. Иначе, — он поднял факел, — мы вынуждены будем сжечь это негритянское гнездо. Стерилизовать наш общий дом. Избавить его от мышей и тараканов. Даже если для этого нужно будет уничтожить твой особняк, Барбикен.
— Что будем делать, Пол? — тихо спросил Арданьян. — Нас двое против пяти. К тому же, с нами беременная женщина.
— Бывали ситуации и хуже, — так же тихо ответил Барбикен. — У нас лучшая позиция и если бы не эти факелы…
Внезапно он резко поднял руку с кольтом, и перебитое выстрелом древко одного из факелов огненным цветком упало на черную траву. Раздались гневные выкрики и всадники, быстро развернувшись, отступили под прикрытие деревьев, окружающих лужайку.
— Ты хочешь воевать, Барбикен? — закричал Маккольн, но его голос зазвучал глуше. Обороняющиеся надеялись, что не только из-за расстояния. — Это не твое дело, ученая крыса! И сейчас ты в этом убедишься. Я заберу у тебя не только Хастона, но и гонорар за книгу "Из пушки на Луну". Я же имею на него некоторое право, не правда ли? В конце концов, я, а не твой черномазый друг, подготавливал бумаги для доклада твоих бредовых идей. Они, конечно, оказались действительно бредовыми, но хороший гонорар за публикацию сказок ты успел все-таки отгрести, не так ли, господин председатель? — закончил Маккольн с издевкой.
Читать дальше