Скотт Вестерфельд - Бегемот

— Бывает, мир тоже тяготит.

Произнеся это, султан и статуя за его спиной скрестили руки.

ПОВЕЛИТЕЛЬ ГОРИЗОНТОВ

Присмотревшись пристальнее, Дэрин заметила, что движения у машины выглядят скованно, как у матроса, который нализался рома и пытается изображать трезвого. Быть может, чтобы поддерживать иллюзию, султан все жесты совершает медленно и четко, как актер пантомимы. Любопытно, он сам управляет автоматом или в зале где-то прячутся техники, споро орудующие рычагами и рукоятками?

Подобные размышления помогали преодолеть нервозность перед этой махиной.

— Я догадываюсь, сколь грандиозны твои заботы, о великий султан, — сказала доктор Барлоу, поглядывая на ящик с яйцами. — Мы лишь надеемся, что это искусственное создание, пусть и скромное на вид, послужит отрадным развлечением среди твоих хлопот.

— Немцы дают нам железные дороги, воздушные корабли, беспроволочные башни, — отвечал султан. — Они обучают наши полки и обслуживают машины. Они перестроили этот дворец и помогли нам шесть лет назад раздавить революцию. А ваш король, получается, предлагает лишь развлечение?

Султан протянул руку в сторону ящика, и рука автомата простерлась через залу. Ветерок, поднятый ее движением, шевельнул волосы на макушке Дэрин. Та невольно поежилась, представляя, какая чудовищная сила, должно быть, присуща этим гигантским пальцам.

Доктор Барлоу, казалось, и ухом не повела.

— Вероятно, это только начало, — сказала она, слегка склонив голову. — Но свой подарок мы преподносим в надежде на лучшее будущее.

— Подарок? После стольких унижений? — Султан еще раз взглянул на яйца. — Похоже, ваши подарки слишком надолго нас отвлекли.

Внезапно железные пальцы обхватили ящик, смыкаясь в кулак. Треск толстых досок, спичками разлетающихся по полу, эхом отразился от стен тронной залы. Яйца лопнули с противным хрустом, провиснув меж пальцами автомата вязкими полупрозрачными сосульками. Их содержимое лужей вытекло на каменный пол; к запаху угольной гари и фимиама добавилась серная вонь.

Из горла ученой леди вырвался всхлип ужаса. Дэрин, выпучив глаза, уставилась вначале на сомкнутый кулак, затем на султана. Тот, похоже, опешил от случившегося, словно не понимал, как такое могло произойти. Разумеется, сам он ничего не крушил — за него все проделал автомат.

Дэрин смотрела на вытянутую руку султана. Его пальцы не были сомкнуты; просто указывали на ящик с яйцами, но не сжимались в кулак.

Метнувшись взглядом по зале, Дэрин увидела ошеломленно замершего Кизлар-агу со спутниками; больше в помещении никого не было. И тут за головой статуи она различила укромную верхнюю галерею, огороженную решеткой. На миг Дэрин показалось, что оттуда на нее пристально смотрят чьи-то глаза.

Она взглянула на доктора Барлоу, пытаясь привлечь ее внимание к тому, что ладонь у султана открыта. Ученая леди стояла неподвижно, в лице ни кровинки; вся ее уверенность словно разрушилась вместе с яйцом.

— Насколько я вижу, о великий султан, я пришла слишком поздно. — Несмотря на ее смятение, голос резанул как сталь.

Видимо, это не укрылось и от султана. Прежде чем что-то произнести, он легонько кашлянул.

— Возможно, и нет, доктор Барлоу. — Он свел ладони вместе; на этот раз автомат его действий не продублировал, продолжая сжимать циклопической дланью то, что осталось от ящика и его содержимого. — Весы теперь, в определенном смысле, сбалансированы.

— Каким это образом?

— Как раз сегодня нам удалось обрести замену «занятому» вами у нас дредноуту. Да не одним кораблем, а сразу двумя. Позвольте представить нового командующего османским флотом адмирала Вильгельма Сушона.

Из тени выступил человек, при виде которого у Дэрин отвисла челюсть. На нем был синий, с иголочки мундир германского военно-морского флота; лишь красная феска на голове нарушала строгое соответствие военному регламенту. Офицер, щелкнув каблуками, поклонился султану, а затем, повернувшись, отсалютовал доктору Барлоу.

— Мадам, добро пожаловать в Стамбул.

Дэрин буквально поперхнулась. Так вот как исчезли те два германских броненосца: османы взяли их себе, причем они не просто включили корабли в свой чертов военный флот, а назначили капитана «Гебена» его главнокомандующим!

Ученая леди глазела на него, буквально окаменев. Дэрин впервые видела ее такой сраженной. Нелепая пауза затянулась; медленно капающее на пол содержимое яиц словно отмеряло ее время.