Роберт Сильверберг - Стархэвен

Он переборол исподтишка подкрадывающуюся к нему апатию и включил проектор. На экране зажглись цифры и буквы. Начала прокручиваться историческая видеокассета. Квеллен впитывал в себя поток острых и неумолимых слов:

“Первые признаки вторжения из будущего обозначились примерно в 1979 году, когда несколько человек в странном одеянии появились в районе Аппалачии, в те времена называвшемся Ман-хеттеном. Документы показывают, что они появились впервые в 1979 году и, начиная с этого времени, их поток со все нарастающей частотой захлестнул последующие столетия. На допросе они все в конце концов признались, что пришли из будущего. Под давлением повторяющихся доказательств люди двадцатого столетия были вынуждены прийти к тревожному заключению, что они на самом деле подверглись мирному, но досадному нашествию путешественников во времени”.

Квеллен прочел далеко не все, что было записано в кассете, но на данный момент этого было достаточно. Он выключил проектор. Несмотря на кондиционирование воздуха и подачу кислорода, жара в крохотной комнатушке была угнетающей. Он ощущал едкий запах своего пота, и это еще больше раздражало его. Квеллен в отчаянии смотрел на стены, в которые было заключено его тело, и с вожделением думал о мутном потоке, который струился перед крыльцом его африканского убежища.

Он нажал панель диктофона и отпечатал себе несколько памяток:

1. Можем ли мы поймать живого прыгуна? То есть человека из нашей эпохи, который вернулся назад, ну, скажем, лет на десять или двадцать и прожил вторично свою жизнь? Есть ли такие люди? Что произойдет, если такой человек встретит себя самого до того момента, когда совершил прыжок?

2. Допуская возможность поимки живого прыгуна, необходимо разработать технику допроса, чтобы выяснить источник первоначального перемещения в прошлое.

3. Сейчас все указывает на то, что феномен прыжков во времени прекратился примерно в 2491 году. Указывает ли это на успех наших попыток предотвратить прыжки или это просто пробел в исторических документах?

4. Соответствует ли истине, что ни один из прыгунов не запротоколирован раньше 1979 года? Если это верно, то почему?

5. Надо продумать возможность маскировки под пролетария пятнадцатого разряда, чтобы спровоцировать агентов по перемещению перебежчиков. Будет ли арест рассматриваться как умышленная провокация? Надо проконсультироваться у законодательных компьютеров.

6. Взять показания в семьях пролетариев, где недавно был совершен прыжок. Социологический индекс, уровень благонадежности и так далее. Попытаться также проследить события, ведущие к исчезновению прыгуна.

7. Может быть…

Квеллен задумался, бросил в корзину для мусора последнюю неоконченную карточку и снял ногу с педали. Диктофон выдал ему семь мини-карточек. Он разложил их перед собой на столе и снова включил проектор.

“Анализ документов, посвященных прыгунам во времени, показывает, что все такие случаи имели место между 1979 и 2106 годами, то есть в эпоху, предшествовавшую установлению Верховного Правления”.

Квеллен хорошенько это запомнил. Это могло пригодиться.

“Те из прыгунов, которые при допросе согласились назвать дату своей отправной точки, утверждали без всяких исключений, что она лежит между 2486 и 2491 годами. Разумеется, это не исключает возможности существования незарегистрированных прыгунов, отправившихся из другого промежутка времени, так же как не исключает возможности и прибытия их за пределами вышеупомянутых 127 лет. Тем не менее…”

Дальше в тексте был пропуск. Брогг вставил здесь одну из своих пометок.

“Смотрите доказательства А и Б. Проверьте возможность путешествий во времени за пределами упомянутых периодов времени. Религиозные феномены. Достойно расследования”.

Квеллен отыскал на своей полке доказательства А и Б. Это были еще две кассеты. Он не зарядил ни одну из них в проектор, так же как и не стал прокручивать дальше кассету по истории. Вместо этого он сделал перерыв и постарался сосредоточиться.

Все прыгуны, по-видимому, прибыли из одного периода длительностью в пять лет, из которых сейчас идет четвертый год. Все прыгуны отправлялись в одну и ту же эпоху, длительностью в столетие с четвертью. Разумеется, часть перебежчиков осталась невыявленной. Быстро освоив образ жизни новой для себя эпохи, они больше не показывались в анналах путешествий во времени. Способы выявления лиц триста — четыреста лет тому назад, насколько мог судить Квеллен, были весьма примитивны. Даже удивительно, что так много прыгунов было обнаружено и зарегистрировано. Хотя пролетарии из низших слоев, по-видимому, не были особенно щепетильны и не пытались скрываться в эпохах, для них непривычных. Но, безусловно, синдикат, занимавшийся переправкой прыгунов, отправлял в прошлое не только пролетариев!