Raptor - Хо

— Генератор крякнулся, — объяснил Осипов. — Или горючка закончилась. Её оставалось всего ничего.

— А что там светится? — Оля указала в дальний конец коридора, тускло освещённый красным свечением.

— Это аварийные лампы. Включаются, когда основной генератор глохнет. Они полностью автономные. Пока выключены — находятся на автоматической подзарядке. Видимо, пока работал дизель, они успели подзарядиться.

— Вот и хорошо. Хоть видно, куда идти.

— Давай за мной.

Слегка пошатываясь, Гена побрёл по коридору, время от времени приостанавливаясь, и вслушиваясь в глухую тишину. Ольга терпеливо трусила за ним, пока они наконец не оказались в центральном вестибюле.

— Так. Теперь давай вот как поступим. Ты — иди наверх, и жди меня у лодки. А я тут кое-что проверю, — распорядился капитан.

— Что ты проверять собрался? Я без тебя не пойду. Идём вместе. Нечего там проверять, — накинулась на него переполошённая девушка.

— Да погоди ты! Удар был какой-то странный. Если это взрыв, то где пожар, где запах гари? Если пробоина — то где шум воды, где крен? Тишина кругом гробовая. Как будто бы ничего не произошло. Не-ет, это не взрыв, и не столкновение. Это что-то другое.

— Что?

— Надо разобраться.

— Не надо!

— Самому не хочется, но только подозреваю, что именно от этого зависит наше с тобой спасение. Предчувствия меня редко обманывают.

— Тогда я пойду с тобой. И не пытайся меня отговаривать!

— Ладно. Только держись на дистанции. Мало ли чего там.

Ольга спешно кивнула. Набрав побольше воздуха в грудь, точно приготовившись нырять, Гена шагнул вниз по лестнице. Его шаги гулко отзывались в тишине. Ухватившись за перила, Вершинина с замиранием сердца смотрела, как он медленно спускается вниз, всё ниже и ниже.

Спустившись с лестницы, он остановился, постоял немного, и пошёл дальше, скрывшись из виду. Оля поспешила следом, скользя по гладким лестничным ступенькам. На нижней палубе она увидела капитана, пристально вглядывающегося в темноту коридора. Заметив, что она спустилась, Гена поманил её рукой.

— Смотри, — указал он куда-то во тьму. — Видишь? Вон, в самом конце.

— Светится что-то, — пригляделась Ольга. — Ты это имеешь в виду?

— Это-это. Знаешь, что там? Та самая каюта, единственная, которая была заперта. Предчувствие не обмануло. Это действительно был не обычный удар. Он разблокировал дверь. Теперь можно узнать, что спрятано в этой каюте.

— Не нравится мне это, Ген.

— Да ладно тебе. Там же светло. А ведь Хо боится света, верно? Пошли, глянем, что там.

— Только осторожнее, прошу тебя.

Стараясь не поднимать шума, Геннадий пробежался по коридору, и замер неподалёку от пятна света, падающего на пол из широкой дверной щели. Вершинина на цыпочках прокралась за ним, и осторожно тронула за плечо.

— Что там? Что-нибудь не так?

— Тс-с-с! — едва заметено прошелестел Гена.

Оля навострила уши.

— Как будто стонет кто-то, — прошептал капитан. — Там, в каюте.

— Так это… — Ольга бросилась было к проёму, но Осипов её остановил.

— Подожди! Не лезь поперёк батьки. Я первый, — отодвинув её в сторонку, Геннадий прокрался к приоткрытой двери. — Фу, ну и запашок.

Запах был действительно неприятный. Причём он постоянно усиливался. Тянуло явно из открывшейся каюты. Остановившись возле проёма, Гена заглянул в него, прищурился, и зажал нос.

— Что там? — не выдержала Ольга.

— Хрен его знает. Свалка какая-то. Горы мусора. И вонища. Фу!

— Чем же так воняет?

— Есть только один способ это выяснить.

Капитан попытался открыть дверь шире, но та не поддавалась. Тогда он протиснулся в проём боком. Под его ногами тут же зашуршали какие-то бумажки, и затрещали пластиковые контейнеры. Что-то бормоча, Осипов неторопливо продвигался вглубь каюты, а затем вдруг позвал Ольгу.

— Оль. Здесь человек.

— Живой? — девушка тут же бросилась протискиваться в узкий дверной проём.

— Кажется, да. Но выглядит не очень… Эй, приятель, как тебя зовут?

Протиснувшись наконец-то сквозь узкую входную щель, Ольга оказалась в душном замусоренном помещении, насквозь пропахшем невыносимым смрадом, от которого щипало глаза. Пола не было видно из-за сплошного слоя грязных салфеток, бутылок, объедков, и перепачканной одноразовой посуды, успевшей обильно покрыться плесенью. Таким же мусором был завален стол. А одна из коек утопала под этой смердящей грудой целиком, напоминая сплошной мусорный холмик. Грязь была повсюду. С трудом верилось, что в этой помойке кто-то мог жить.