Raptor - Хо

Дышать было практически нечем. Ольге казалось, что не меньше четверти пассажиров находятся в состоянии обморока. Закрыв глаза, они беспомощно висели в толпе, сдавленные телами собратьев, точно бездушными льдинами. У некоторых из носа начинала струиться кровь.

— Как тебе это? — шепнул кто-то на ухо Ольге.

Та хотела повернуться, но не смогла.

— Что? — как можно тише спросила она.

— Путешествие, — ответил всё тот же ядовитый голос.

— Не вижу в нём ничего сверхъестественного, — ответила Ольга. — Кому-то приходится каждый день ездить на работу вот так. И ничего. Не разваливаются.

— Хо-хо-хо, — шёпотом засмеялся собеседник. — Ты попала в самую точку. Именно этого я добиваюсь — сходства. Мне захотелось воссоздать кошмар, который вы привыкли считать обыденностью. По-моему получилось неплохо. Знаешь, это было нетрудно. На самом деле, не обязательно загонять вас в душегубку кнутом, или под прицелом автомата. Вы сами в неё лезете с большим азартом, и увлечением. Достаточно лишь… (его губы коснулись краешка Ольгиного уха) … внушить вам, что это необходимо. Что если вы не залезете в этот автобус — то никогда не доберётесь до пункта назначения вовремя. Знала бы ты, как легко этого добиться. А дальше — начинается представление. Вы лезете по головам, дерётесь за место в морилке. Давите друг друга, душите и ломаете рёбра. Вы превращаетесь в аморфное вещество, заполняющее ёмкость транспортного сосуда. И все ваши стремления сходятся в одном желании — в непременном достижении точки назначения. Нелепо, не правда ли?

— Я… Я не понимаю…

— Хо! Хо!

Стоявший позади вонзил ей в шею свои острые зубы. Его руки обвили её, проникли сквозь одежду, и впились когтями в тело, разрывая плоть.

— Очнись! Очнись!

Ольга вздрогнула, отринув оковы оцепенения. Возвращение из призрачного забытья сопровождалось дикой головной болью и тошнотой. Лиша яростно дёргала её за ухо, не переставая кричать:

— Оля, очнись!

— Всё в порядке, — с трудом ответила та. — Что случилось? Что это было?

— Не знаю. Ты отключилась, — ответила ящерка. — Это плохо. Нельзя здесь отключаться.

— Я говорила с Хо.

Тошнота подкатила к горлу Ольги, и она едва сдержала позыв.

— Это плохо, Оля, очень плохо. Оно испытывает тебя на прочность. Не поддавайся.

— Мне нечем дышать. Теряю сознание. Меня тошнит.

— Терпи. Мы скоро приедем. Главное, не лишайся чувств. Оно только того и ждёт.

Давление чужих тел росло с каждой минутой, словно люди нарочно сжимали её, желая раздавить. Слышался хруст костей. Это был уже не автобус, а какая-то адская соковыжималка. Пассажиры безжалостно давили друг друга, превратившись в единую агонизирующую массу. Повсюду раздавались булькающие хрипы. Руки соскальзывали с поручней, и исчезали в толпе. Кислорода оставалось на пару вдохов. Ольга цеплялась за остатки сознания, продолжая держаться за поручень одеревеневшей рукой. Чей-то костлявый локоть пытался продавить её грудную клетку, и это было самым чувствительным болевым ощущением, помогавшим ей не отключиться, и не сорваться с поручня.

— Нелепо, не так ли? — вновь зашептал ей кто-то сзади. — Живая могила. Медленное, мучительное умирание. И каждый убийца, в то же самое время, сам является жертвой. Великолепная ирония над человеческой сутью.

— Не слушай его, держись! Не падай! — шипела с другой стороны Лиша.

— Я не знаю… Я не могу… Не понимаю… — Ольгу повело.

Сознание двоилось и троилось. Она держалась за поручень уже одним пальцем. Пятки провалились в глубину подножки, и человеческие тиски с хрустом сомкнулись на ней стонущими шевелящимися челюстями.

— Довольно, Хо! Хватит!!! — был ли это крик, или же ей показалось, но это было последним, что она расслышала сквозь пелену небытия.

Автобус остановился. Двери раскрылись, и человеческая субстанция вытекла наружу, вынеся Ольгу вместе с собой. Сколько времени прошло после этого — неизвестно. Сознание вернулось к ней не сразу. — « Sufferentia, sufferentia, sufferentia», — испорченной пластинкой, повторялось в её мозгу одно лишь слово.

— А?! Где я?! — очнулась она, дыша точно загнанная.

— Наконец-то, ты пришла в себя, — радостно ответила Лиша. — Поднимайся. Надо идти дальше.

— А где автобус? — Ольга попыталась подняться с земли, но с первого раза это у неё не получилось.

— Автобус дальше не пойдёт. Мы в зоне листопада.

— В зоне, ч-чего… — голова всё ещё кружилась, поэтому перед глазами у Ольги всё плыло и раздваивалось.