Raptor - Хо

Очутившись в лодке, Оля пригладила мокрые волосы, обнаружив, что подводные очки исчезли с её головы, словно их и не было в помине. Удерживая равновесие, она приподнялась, и осторожно пробралась в носовую часть, заняв место на передней лавочке. Евгений отвязал лодку, и перебрался на корму, подсев к мотору. Убедившись, что его подруга надёжно разместилась в лодке, он резким движением руки дёрнул стартер.

Двигатель весело загудел. Оживший винт бесцеремонно вспорол воду, толкнув лодку вперёд. В результате, её нос слегка задрался, и не ожидавшая этого Ольга покачнулась, тут же ухватившись за борта покрепче. Уверенно положив руку на руль, Женя целеустремлённо повёл своё маленькое, но очень шустрое судёнышко по затопленному лесу, смело огибая деревья, повсеместно возвышающиеся над водой.

Легко скользя по водной глади, они оставляли позади себя длинный, колеблющийся шлейф пляшущих и расходящихся волн. Многочисленные лягушки испуганно плюхались в воду, когда они приближались. Иногда людям приходилось пригибаться, когда лодка проносилась под низко склонившимися ветвями, опускающими длинные локоны своей богатой листвы до самой воды, подобно зелёным шторам. Сидевшая на носу Ольга прекрасно видела, насколько чиста и прозрачна вода, по которой они мчались. Дно чётко просматривалось сквозь полупрозрачное стекло поверхности, частично отражающее деревья и облака. На донном песке были видны тёмные камешки, ракушки всевозможных видов, пышные водоросли, затонувшие коряги и невозмутимые ракообразные, копошащиеся повсеместно. Стайки прытких рыбок органично дополняли картину этого заманчивого мира, над которым легко проносилась моторная лодка.

Совершенно игнорируя человеческое присутствие, с ветки близлежащего дерева вдруг спрыгнул яркий зимородок, который, решительно спикировав вниз, ножом вошёл в воду, прямо на пути плывущих путешественников. Спустя мгновение, он выскочил на поверхность, разбрасывая в разные стороны тысячи мелких искрящихся брызг, и, быстро трепеща крыльями, упорхнул обратно на дерево. Его бросок был неудачным, рыбку поймать не удалось. Очевидно, добыча была заранее напугана приближением лодки, так некстати расстроившей планы птички-рыболова.

Ольга, улыбаясь, смотрела вслед улетающему зимородку. Во взвеси легчайших микроскопических водяных капелек, сорвавшихся с его перьев, и на какое-то время зависших в воздухе, призрачно отражалась радуга. Как же здесь было хорошо! Как ей здесь нравилось! Как хотелось плыть, плыть, плыть, всё дальше и дальше! Через лес, купающийся в воде, гостеприимный, добрый, спокойный. Доверяя умному и забавному проводнику, с которым не может быть скучно. Подумав об этом, она на секунду обернулась к Жене, улыбнувшись ему, и тот ответил ей своей беззаботной, милой улыбкой.

Каким нелепым, бесцветным и диким казался сейчас реальный мир, о котором даже вспоминать не хотелось в эти яркие, красочные минуты счастья. Так же не хотелось думать о том, что это всего лишь иллюзия, портя столь чёрствой мыслью волнительный поток чарующих восприятий. Ведь сейчас она, в буквальном смысле, оказалась в самой настоящей мечте.

Да, это было полноценное, захватывающее погружение в мечту, которая неожиданно для неё обрела форму. Каждая деталь нереального мира хранила в себе частицу этой из ряда вон выходящей идиллической красоты, притягивающей взгляд. Каждый штрих всеобщей картины: от перламутровых мидий на дне — до волокнистых облачков на небе, вызывал восторг, радуя глаз своей незабываемой уникальностью. С какой невероятной чуткостью, нежностью и любовью был создан мир, поглотивший её целиком. Без остатка.

Девушка прислушалась. Сквозь гул мотора, шелест листвы, плеск волн, щебет и свист пернатых обитателей, ей вдруг показалось, что она слышит музыку. Далёкую, но всё более отчётливую. Живую, знакомую и очень естественную. Нет, ей не показалось. Музыка действительно звучала. И не только музыка, но и голос. Человеческий голос. Где-то, невидимая женщина пела песню на иностранном языке. Пронзительно, звонко и отчётливо. Песня идеально вплеталась в музыкальное сопровождение джазового духового оркестра, напоминая отголоски старых чёрно-белых фильмов. Ни с чем не сравнимое звучание саксофона, мелодичные клавишные переборы фортепиано, гулкая поддержка тромбонов. А так петь, надрывно и неподражаемо, способны только негритянские исполнители — истинные мастера джазового искусства.