Илья Панин - Симфония-333

— Но, как? Прямо так… сразу… сейчас?! — Совершенно серьезно отреагировала девушка.

— Ну, почему — сразу? Можно, не сразу.

— Я прямо не знаю, что вам ответить на ваш вопрос… — запинаясь, сказала девушка, снимая последние бинты. — Странно, не видно никаких повреждений!

— Разве это плохо? — наконец-то, оторвав взгляд от пуговиц на белоснежном халате, Дану удалось поднять голову и посмотреть в ее доверчивые глаза.

— Но, как же.… Зачем же тогда…

— Это я все специально придумал, чтобы с тобой познакомиться. — Дан привлек ее к себе.

— Врете вы все, — сказала она, отстраняясь, — посмеяться просто надо мной хотите!

И тут внезапно Дан совершил еще одно невероятное открытие — он явно был симпатичен этой девочке! Сразу, вдруг, откуда ни возьмись, появилась внутренняя уверенность в себе…

Неожиданно Дан вспомнил щенка, которого он хотел погладить, а тот испугался и убежал.

— Да, я пошутил, извини меня.

— Да, что вы, не стоит! — Она посмотрела на него веселыми простодушными глазами, — вас, наверно, девушки очень любят?

— Да, любят дурака… — решил подыграть Дан.

— Ну, почему же, вы, по-моему, очень хороший человек.

Ощущение уверенности продолжало нарастать и наполнять его изнутри. Дану захотелось срочно испытать свои новые возможности, и тогда ему в голову пришла идея:

— Слушай, радость моя, ты можешь оказать мне маленькую услугу?

— Какую?

— Мне нужна одежда. И еще мне нужно каким-то образом выбраться отсюда. Ты мне поможешь?

— Я попробую.

— Ты попробуй, ты постарайся, а то, сама подумай, зачем мне здесь еще целую неделю торчать. Ты ведь все равно замуж за меня не хочешь…

«Сектор 32, здание 128, квартира 412»

— Кто? — спросил мужской голос.

— Я с приветом от профессора.

Двери модуля раздвинулись, и Дан очутился в уже знакомой ему обстановке.

— От какого профессора, какой привет, ты о чем? — преградил дорогу Дану незнакомый мужик лет тридцати пяти, небольшого роста с широкими плечами и здоровенной челюстью. Окинув знакомую комнату взглядом, Дан сделал попытку завести «интеллектуальную» беседу:

— Вам, наверное, будет интересно узнать, что вчера я в этой квартире наслаждался обществом одной красивой белокурой девочки…

— Ты чё гонишь, паря? Когда ты здесь был? Я не знаю никаких белокурых девочек. Ты чё, мальчик, потерял шоры и заблудился в реальности…

— Скажите, вчера вы были дома или в гостях? — странно, но Дан ощутил, что копирует флегматичную невозмутимость ассистента профессора.

— Ну, — челюсть мужика отвисла в задумчивости, — мы ездили, как всегда, с женой к ее матери в деревню…

— Вон в той комнате… — Перебил его Дан и обстоятельно, не торопясь, описал все, что находилось в той комнате, где он совершил роковую затяжку.

Мужик потер вспотевший лоб. В его глазах появилось даже некоторое любопытство:

— Жена появится с минуты на минуту, давай ее подождем. Надеюсь, она объяснит происходящее.

Жена появилась минут через сорок.

— Послушай, — мужик показывал рукой на Дана, но глаза его сверлили каменный гранит на лице супруги, — этот парень уверяет, что вчера занимался в нашей квартире любовью с какой-то девушкой. Ты говорила кому-нибудь код?

Не отвечая на вопрос мужа, жена бросила на Дана тяжелый, как кувалда, взгляд:

— Что вам надо? — задребезжал ее голос.

— Хочу ее видеть. — Ответил Дан почти в унисон.

Не говоря ни слова, жена взяла стрелку, включила шторки и, нажимая на виртуальные кнопки, набрала номер. Через мгновение Дан услышал знакомый голос:

— Привет, Лара!

Но вместо голоса Лары Влада услышала:

— Ты не хочешь включить шторки? — демонстративно громко сказал Дан, подражая ее манерам. — Я сижу в кресле за шторками, и на моей голове сейчас ничего нет, даже бинтов. И еще у меня есть кое-что, чтобы весело провести время…

Видеосвязь включилась, и Дан снова увидел это необыкновенно красивое существо. Влада немного помолчала, рассматривая его, потом промолвила:

— Ты, конечно, извини, что так получилось…

— Да что ты! Не стоит извиняться! Вместо оправдания, может, закончим то, с чего начали.

— Извини, ничего не выйдет.

Дан настолько успел пропитаться уверенностью в своих новых возможностях, что неожиданно резкий тон Влады привел его сначала в замешательство, а потом в глупое мальчишеское негодование:

— Почему? Ты же не зашоренная какая-нибудь! Я прекрасно помню твои глаза в тот вечер. Это были глаза реальной женщины, страстной и умеющей любить…