Краткая речь начальника производства, и наступил самый важный момент. Крестная мать, Ханна Скроботувна, произносит много раз повторенные и каждый раз заново звучащие слова:
— Плыви по морям и океанам всего света, славь польский флаг и польских судостроителей. Даю тебе имя «Мазурка».
Момент спуска на воду.
Радость моя была беспредельной. Мысленно я повторяла услышанные когда-то слова: «Судно живет столько, сколько живет крестная мать». Возраст Ханны, молоденькой симпатичной девушки, гарантировал «Мазурке» долгую жизнь. Ну сколько лет может продолжаться даже самое медленное кругосветное плавание? Бокал с шампанским разбился о форштевень на мелкие кусочки. «Мазурка» заскользила к воде. Я бросилась вперед, чтобы увидеть момент, когда она всплывет. Вскоре, пришвартованная к набережной, яхта позировала для первых снимков. Затем — несколько кругов под парусами, и торжество закончилось. Можно возвращаться к нормальной жизни и готовиться к отъезду. Почему к отъезду?
«Мазурка» уже на воде.
Выход из Гданьска в Лас-Пальмас на яхте в январе не входил в мои планы. В то же время ждать следующей весны не имело смысла: в период пассатов лучше всего плыть зимой, летом они слабеют, капризничают, а в некоторых акваториях их разнообразят ураганы. Затягивание и так уже сильно разрекламированного мероприятия могло, наконец, разбудить соперниц. Если бело-красный флаг собрался быть первым, то нельзя сокращать темпы. Этого заслужили также все те, кто в последние полгода вложил столько сил и души в задуманное дело.
До Лас-Пальмаса мы с «Мазуркой» должны были добираться на судне, одна в качестве пассажирки, другая — палубного груза. Верфь наводила последний блеск на яхте, оформляла сдаточную документацию. За ней я следила очень внимательно. Хорошая документация может оказать неоценимые услуги в случае аварии. В океане не будет пана Эдека или пана Яся, которые придут и все исправят. И до сервисной службы может быть несколько тысяч миль. Тогда я еще не знала, что сервис даже под рукой — тоже не все. К тому же правильная сдаточная документация — это и правильная эксплуатация судна. Всегда легче поддерживать все в порядке, чем ремонтировать.
Пани капитан на палубе «Мазурки» после спуска яхты на воду.
Конструкторское бюро верфи старательно комплектовало заводские инструкции и разрабатывало собственные. Особенно волновала меня инструкция по эксплуатации электрооборудования. Не слишком надеясь на свои знания в этой области, я попросила составить инструкцию в расчете на «дурака». Инженер Топчинский подготовил требуемый трактат. В точности ли он выполнил просьбу, я не знаю, но в плавании у меня не было хлопот с электротехникой.
Моим репетитором по астронавигации стал капитан дальнего плавания Янек Краузе, в кругу друзей его звали Сынком. Он был одним из моих первых яхтенных инструкторов, и мне было очень важно добиться высоких оценок. Но мои успехи он оценивал противоречиво. Я решала простенькие задачки, Сынок неодобрительно качал головой.
— Разве плохо? Вышло ведь хорошо!
— Хорошо, конечно, но ты делаешь все как-то странно. Немного по-обезьяньи.
Отличные манеры Сынка и рыцарское отношение к женщинам были широко известны, для такого мнения должна была быть причина.
— Но почему, ведь результат правильный?
— Результат-то правильный, да я не уверен, что ты все понимаешь.
И решал задачу графически еще раз. Я не спорила, но в душе оставалась при своем мнении. Астронавигация — это математика. И если в процессе решения нет явных математических ляпов, вроде 2 = 1, и результат правильный, то метод может быть любым и, значит, все в порядке. Еще я утешала себя тем, что не попасть из Лас-Пальмаса в Америку невозможно. Если все же я заплыву слишком далеко на юг или север, то пойму это по температуре. А за месяц плавания в Атлантике я научусь, наверно, правильно обращаться с астронавигацией — и не такие вещи приходилось осваивать за месяц. Поэтому я жадно впитывала все практические советы Сынка и, откладывая теорию на потом, радовалась тому, что умею решать задачки, следовательно, я не полный профан в этой области.
Читать дальше