Гарольд Никольсон - Дипломатия

Теперь созданы все возможности для того, чтобы этот новый коммерческий аппарат приобрел свои собственные традиции и собственное лицо. Он может снабжать деловых людей обстоятельной и подробной информацией и оказывать значительную помощь. Создание такого аппарата горячо приветствуется самими дипломатами, потому что они избавляются от затруднительной и иногда неприятной обязанности, к которой они чувствуют себя неспособными.

Другие перемены в старой традиционной дипломатии были вызваны большим значением, которое приобрели такие международные проблемы, как валюта и финансы. В дни старой дипломатии все переговоры должны были происходить между главой посольства и министерством иностранных дел той страны, в которую он был уполномочен; считалось серьезным нарушением этикета, если глава иностранного посольства договаривался с каким-нибудь другим министерством. Эта традиция была нарушена войной. Ллойд Джордж, когда он был канцлером казначейства, начал прямые переговоры с французским министром финансов и потом, будучи министром военного снабжения, имел тесную и непрерывную связь с Альбером Тома. Кроме того, стало ясно, что для разрешения этих спорных и сложных вопросов требовались специальные знания в области экономики и финансов, которыми простой дипломат не обладал. Таким образом возник прекрасный обычай, при котором подобные переговоры поручались финансовым специалистам, а к некоторым посольствам прикреплялись финансовые атташе, назначенные из людей, посвятивших всю свою жизнь изучению этих специальных вопросов.

Повышение значения и силы печати привело к тому, что в главнейшие посольства стали назначать чиновника, которого называют атташе по делам печати — пресс-атташе.

Обязанности этого чиновника многочисленны и разнообразны. Он обязан читать, отбирать и переводить статьи, напечатанные в местных газетах и журналах. Он беседует с английскими и другими корреспондентами и старается добиться того, чтобы взгляды его правительства получили достаточную гласность. Он имеет возможность связаться с местными журналистами, которые могут снабдить его ценными сведениями.

Он полезен и в других отношениях. Тогда как послы и их сотрудники все время передвигаются из столицы в столицу, атташе по делам печати удерживается на одном посту в течение нескольких лет. Это сравнительное постоянство жительства помогает ему близко познакомиться с местной политической жизнью и людьми. Послу, в особенности в некоторых европейских странах, где политические страсти разгораются, трудно знакомиться с политическими деятелями, враждебными правительству, находящемуся у власти. Например, английскому послу в царской России было неудобно, если не невозможно, наладить связи с русскими либералами типа Милюкова или Львова. Атташе по делам печати имеет возможность поддерживать такие связи, не вызывая неприятностей. Таким образом, эта должность чрезвычайно полезна и важна и может быть включена во все основные заграничные представительства.

Новый и серьезный вопрос современной дипломатии есть вопрос о пропаганде. В дни старой дипломатии считалось невообразимо дурным тоном обращаться непосредственно к народу по поводу какого-нибудь вопроса международной политики. Каннинг в 1826 г. впервые признал силу того, что он называл «роковой артиллерией народного возбуждения». Князь Меттерних не разделял этого мнения, хотя он был сильно им обеспокоен. Он обвинил Каннинга в том, что тот хочет приобрести популярность, — «желание, неуместное для политического деятеля».

Каннинг был первым английским политическим деятелем, использовавшим общественное мнение как орудие политики, и он заботился, чтобы это мнение было основано на правде и справедливости. Политические деятели на континенте, усвоившие его теорию во второй половине XIX века, не заботились о сохранении этого условия. Для Бисмарка и его последователей было привычно выдумывать инциденты и извращать факты для того, чтобы взволновать общественное мнение по какому-нибудь вопросу. Хотя Бисмарк и даже Бюлов не гнушались подстрекать других на ложь, сами они не занимались распространением слишком очевидной лжи. В действительности до тех пор, пока война 1914–1918 гг. не понизила уровень международной этики, считалось неприличным и неумным для политического деятеля делать такие публичные декларации своему народу, которые общественное мнение других стран считает сплошным вымыслом.