Гарольд Никольсон - Дипломатия

«Хороший дипломат, — пишет де Кальер, — никогда не будет добиваться в переговорах успеха, основанного на лживых обещаниях или обмане; ошибочно предположение, которого придерживается общественное мнение, что хороший посол должен быть первоклассным мастером в искусстве обмана. Коварство в действительности является доказательством незначительности ума лица, которое к нему прибегает, и показывает, что это лицо недостаточно вооружено для того, чтобы добиться успеха честными и разумными методами. Вне всякого сомнения, в ряде случаев дипломаты успешно пускали в ход ложь, но все же честность в дипломатии, как и в других делах, — самая лучшая политика, а ложь всегда оставляет на своем пути капли яда… Даже наиболее блестящие дипломатические успехи, достигнутые обманом, покоятся на шатком основании. Они оставляют у побежденных чувство негодования, вызывают страстное желание мести и порождают возмущение, которое является вечным источником опасности.

Даже если бы обман не был противен сам по себе для каждого честного человека, лицо, ведущее переговоры, должно помнить, что ему, вероятно, до конца жизни придется заниматься дипломатической работой и что поэтому очень важно иметь репутацию прямого и честного человека, чтобы люди были готовы верить его слову».

Из вышеизложенного ясно, что даже в XVIII веке писавшие о собственном опыте считали моральную чистоту самым важным качеством из всех тех, которыми должен обладать хороший дипломат. Жюль Камбон, писавший более двухсот лет спустя после Кальера, был такого же мнения.

«Видно, — пишет он, — что моральное влияние — наиболее существенное качество дипломата. Он должен быть человеком кристальной честности, чтобы пользоваться безусловным доверием как того правительства, которое его послало, так и того правительства, при котором он аккредитован».

Если мы считаем, что ловкий дипломат может оказаться ненадежным дипломатом, а ненадежный дипломат должен оказаться опасным неудачником, то мы должны рассмотреть, какие особые добродетели обеспечивают моральное влияние, которым должен обладать идеальный дипломат.

Первая добродетель — это правдивость. Под правдивостью понимается не только воздержание от сознательной лжи, но самая тщательная забота избегать намека на ложь или сокрытие истины. Хороший дипломат должен стараться не оставлять неправильного впечатления у тех, с кем он ведет переговоры. Если он несознательно ввел в заблуждение министра, с которым он ведет переговоры, или если последующие сведения противоречат тем, которые он сообщил, он немедленно должен исправить возникшее недоразумение, несмотря на временную выгоду, которую он может получить, если не исправит его. Даже при очень низком уровне переговоров исправление неправильной информации увеличивает доверие как в настоящем, так и в будущем.

Ни на одну секунду лицо, ведущее переговоры, не должно соглашаться с Макиавелли, что бесчестность других оправдывает его собственную бесчестность. Барон Соннино, итальянский министр иностранных дел в 1918 г., велел выгравировать над камином своего кабинета следующее изречение: «Aliis licet: tibi non licet» («Другим можно — тебе нельзя»). Это изречение должны твердо помнить все дипломаты.

Подобное правило применимо также и в тех случаях, когда имеешь дело с тонкостью восточного ума. Известный британский дипломат, долго работавший на Ближнем и Дальнем Востоке, имел обыкновение давать следующий совет молодым дипломатам, назначенным в восточные столицы: «Не теряйте времени на попытки раскрыть, что таится в мыслях людей Востока: быть может, там ничего и не скрывается. Сосредоточьте свое внимание на том, чтобы у них не оставалось никаких подозрений насчет того, что вы имеете какие-либо задние мысли».

Принцип, что правдивость необходима для успешности дипломатии, как я уже раньше сказал, не является новым открытием. Я уже указывал на лорда Малмсбери, как на представителя старой дипломатии, и описал его методы. Но даже лорд Малмсбери убедился на опыте, что коварство невыгодно. В письме к лорду Кемдену в 1813 г. в ответ на вопрос о том, как должен держать себя дипломат, он выразился следующим образом:

«Излишне говорить, что никакое обстоятельство, ни вызов, ни желание опровергнуть несправедливое обвинение, ни мысль, несмотря на всю ее заманчивость, добиться цели, которую вы имеете в виду, не нуждаются во лжи и не оправдывают ее. Успех, достигнутый при помощи лжи, случаен и непрочен. Раскрытие лжи не только погубит навсегда вашу репутацию, но глубоко поразит честь вашего двора. Если, как ото часто бывает, хитрый министр неожиданно задал вам нескромный вопрос, требу ющий точного ответа, уклонитесь от ответа, указав на нескромность вопроса, или вместо ответа взгляните на собеседника сердито. Никогда категорически не опровергайте верных заявлений и не подтверждайте ложных и опасных».