Станислав Лем - Раса хищников

Ноябрь 2005

По немецкому телевидению я видел присягу Ангелы Меркель [338] Меркель Ангела — см. примеч. [32] . при вступлении на пост канцлера, после чего сразу показали реакцию отдельных правительств на этот существенный, обещающий введение многих новшеств перелом. Высказались французы, англичане и русские. О Польше забыли: после президентских выборов и формирования правительства Марцинкевича [339] Марцинкевич Казимеж — см. примеч. [333] . мы попали в низшую весовую категорию («веса пера»). Хотя «Газета выборча» и сообщила, что министр иностранных дел Сикорский [340] Сикорский Радек — см. примеч. [334] . позаботился о получении для Польши иракской нефти, но успех этой акции в Багдаде для меня из области сказок.

О политике в нашей стране газеты пишут так плохо и так много, что я предпочитаю об этих откликах умолчать. Обращусь лучше к широко обсуждаемым проблемам исламского терроризма. В Польше пока о нем ничего не слышно, и можно предположить, что так будет и дальше, но сегодня это глобальная проблема. Ханс Магнус Энценсбергер [341] Энценсбергер Ханс Магнус (р. 1929) — немецкий писатель, поэт, переводчик, редактор. опубликовал в «Шпигеле» большую статью, в которой свел разговор о корнях исламского терроризм к одному, в сущности, положению: что мотивацией для террористов, в особенности тех, кто сам себя взрывает, является чувство серьезного цивилизационного и культурного поражения, нанесенного Западом и Соединенными Штатами. И хотя Энценсбергер старался свое утверждение многосторонне обосновать, я все же считаю, что он упростил проблему.

В ноябрьском номере журнала «Одра» Бартош Болехув опубликовал текст под названием «9/11 сегодня». Пересказать его вкратце нелегко, но можно попробовать. В начале статьи представлена логика арабской экстремистской сети, а главным выводом, сделанным на основе анализа состоявшихся терактов, является довольно смелое утверждение, что, хотя терроризм будет нам сопутствовать и в дальнейшем, его проявления ослабевают. Болехув считает, что крупнейшим успехом стало первое нападение на башни Манхэттена, а предпринятые меры по защите вынудили террористов искать другие, более доступные цели.

Это утверждение поначалу показалось мне спорным, но по некотором размышлении я пришел к выводу, что многое подтверждает правоту автора статьи в «Одре». Бесспорное доказательство я вижу в том, что центры террористической сети не включились в акцию массовых поджогов, которая недавно волной пронеслась по Франции. Проще всего (однако же не с полной уверенностью) предположить, что центры арабского терроризма не были готовы к таким внезапным и массовым акциям во Франции, и это вполне достаточная причина их пассивности в данном случае. Хотя мои дальнейшие рассуждения выходят за рамки обсуждаемых статей, мне кажется (хорошо бы ошибочно), что мы сами — как союзник США в Ираке — к атакам джихада совершенно не готовы.

Еще один текст, заслуживающий внимания, я нашел в февральском номере «Форин афферс». Я имею в виду написанную в категорически смелом тоне статью Мелвина Р. Лэйрда, где вьетнамская война сопоставляется с вторжением в Ирак. Автор, который представляется бывшим министром обороны при Никсоне, отлично (целых тридцать лет) знающим Дональда Рамсфелда [342] Рамсфелд Дональд — см. примеч. [102] . , защищает концепцию, согласно которой вьетнамская кампания в США могла увенчаться победой, и лишь сопротивление американского народа и Конгресса привело к потере союзника, каким был Южный Вьетнам. Лэйрд настаивает на том, что американцы дали Южному Вьетнаму слишком мало времени и средств, чтобы тот успел отразить атаки с севера, который тогда тайно и полутайно поддерживали Советы. Он выражает надежду, что Вашингтон теперь проявит больше решительности и не допустит вывода войск из Ирака, а будет стремиться к воссозданию иракской армии, чтобы только после ее формирования солдаты США смогли вернуться домой. Несомненно — особенно сейчас, — что этот голос в Штатах одинок, поскольку требования вывода американских войск из Ирака усилились. Однако мы имеем дело с весьма опытным дипломатом, который имел возможность наблюдать за боями как во Вьетнаме, так и в Ираке. Не исключено, что предлагаемое им жесткое решение заслуживает внимания.

В сложившейся ситуации, когда лучшие знатоки политической ситуации в мире (такие, как, например, Генри Киссинджер [343] Киссинджер Генри Альфред (р. 1923) — американский государственный деятель, дипломат и эксперт в области международных отношений. Государственный секретарь США (1973–1977), лауреат Нобелевской премии мира (1973). ) подчеркивают значение политического перелома, произошедшего в Федеративной Республике Германии, где пост канцлера впервые заняла женщина, к тому же родом из бывшей Восточной Германии, а пост генерального секретаря социал-демократов — Матиас Плацек [344] Плацек Матиас — см. примеч. [328] . , также из бывшей ГДР, полное отсутствие четкой реакции поляков на эти внезапные, хотя и ожидавшиеся перемены, весьма прискорбно.