Станислав Лем - Раса хищников

Под рапортами и записками, которые были опубликованы в «Зешитах», стояли имена и фамилии разных сотрудников из соответствующих департаментов Министерства внутренних дел. Все они, если до сих пор живы, затаились как улитки в своих раковинах. Я подумал, что, с одной стороны, с точки зрения всеобщей и христианской морали Михник прав, а с другой — нехорошо, когда такие подлецы живут-поживают себе спокойно. А значит, следует поддержать и Михника, призывающего к всеобщему отпущению грехов, и — немного — Каминского, обещающего безжалостно искоренять зло. К счастью, у меня нет полномочий принимать и претворять в жизнь какие бы то ни было решения, и эти дилеммы стоят исключительно перед моей совестью.

Подобное противоречие касается не только внутренних дел Польши. По словам президента Буша, у него имеется четкий план гарантированной победы в Ираке, однако различные политики и комментаторы наперебой твердят, что дела обстоят совершенно иначе, и напоминают, что входе конфликта погибли уже свыше тридцати тысяч жителей Ирака и почти три тысячи американцев. Кому верить? Я склоняюсь скорее на сторону скептиков.

Американцы арестовали гражданина ФРГ арабского происхождения. Они сделали это тайком, руками ЦРУ. Вся Германия кипит от негодования, дело уже дошло до Бундестага. Бывший немецкий министр иностранных дел Йошка Фишер, отвечая на вопросы прессы, заявил, что слыхом не слыхивал о задержании. А как быть с неподтвержденным фактом существования секретных тюрем ЦРУ в Польше? В деревне Шиманы, где должны были приземляться американские самолеты, местные жители говорят, что, мол, и впрямь кто-то прилетал и что-то происходило, но неизвестно кто и непонятно зачем. Я не знаю, что об этом думать, особенно потому, что президент Квасьневский [367] Квасьневский Александр — см. примеч. [171] . категорически все отрицает.

Общая противоречивость информации резко возросла, что мешает мне с уверенностью считать, будто мы можем узнать об окружающем нас мире что-то абсолютно достоверное. В серии путеводителей — приложений к «Газете выборчей» вышла книга об Австралии. Она так заинтересовала меня, что я сказал жене: «Жаль, что мы с тобой не родились в Австралии», — на что она мне ответила: «Ты что, не смотрел сегодня телевизор? В Сиднее льется кровь, идут бои с арабскими иммигрантами…»

Мне казалось, я хотя бы знаю, что творится в Германии — и что же? Иоанна Мешко-Вюркевич [368] Мешко-Вюркевич Иоанна (р. 1954) — польская журналистка, эссеистка, поэтесса и прозаик. С 1988 г. постоянно проживает в Берлине. Сотрудничает с польскими, немецкими и американскими СМИ. , дама весьма рассудительная, опубликовала в декабрьском номере «Одры» статью, в которой рисует мрачное будущее коалиции черно-красных {103} 103 Черно-красной коалицией называют коалицию соперничающих немецких партий СДПГ и ХДС/ХСС. — Примеч. пер. . Госпожа Меркель [369] Меркель Ангела — см. примеч. [32] . шла на выборы с программой радикальных реформ, но немецкий электорат перепугался, нажал одновременно на газ и на тормоз — и в результате получилась коалиция огня с водой. Урезаются различные элементы так называемого соцпакета, положение людей ухудшается, но новые рабочие места не создаются, что пагубно отражается на бюджете.

Потом я узнал, что бывший канцлер Шредер [370] Шредер Герхард — см. примеч. [21] . возглавил фирму, которая должна заниматься строительством газопровода, проходящего по дну Балтийского моря. И вот я снова перед телевизором: депутатские запросы, специальные комиссии, мол, какой скандал, это позорно и аморально. Однако потом на экране появился господин по фамилии Медведев, представитель российского правительства, и заявил, что все, дескать, было совершенно законно: мы попросили Шредера, и он принял наше предложение — спрашивается: зачем тогда столько шуму? Ходят слухи, что Шредер будет получать миллион евро в год, по его же собственным словам — о деньгах речи вообще не шло; я, впрочем, думаю, кое-чего ему там все же перепадет…

Я не подвергаю сомнению все на свете, а просто внимательно слежу за элементарным ходом событий: нас со всех сторон бомбардируют противоречивыми сведениями. Что-то мне подсказывает, что дурная молва о людях наверняка окажется правдой, а вот рассказы об их благородстве и честности достоверны уже в меньшей степени. Однако уверенности тут не может быть никакой, мы не знаем, как выбрать правильные критерии, кому можно верить, а кому — нет. Хотя, несомненно, Шредер поступил дурно — ведь он сам был поборником российско-немецкого соглашения о балтийском газопроводе, — так что печальные прогнозы госпожи Вюркевич кажутся правдоподобными.