Очень важны государственные гарантии для поддержки бизнеса в Крыму, где трудности переходного периода (проблемы с реестром объектов недвижимости, невозможность из-за этого оформить залог и т. д.) накладываются на опасения российских компаний стать объектом санкций США и Евросоюза. В отличие от крымских пенсионеров и бюджетников, доходы которых после воссоединения заметно возросли, предприниматели вернувшегося в Россию полуострова столкнулись с рядом трудностей: логистика поставок, шедших через Украину, нарушена; поток туристов ниже прошлогоднего; привлечь кредиты сложно, поскольку залог и иные операции с недвижимостью пока невозможны. Сооружение моста через Керченский пролив должно решить многие проблемы, прежде всего гарантировать туристический поток, но в оставшиеся до его открытия четыре года надо не просто продержаться, но и обеспечить в Крыму экономический рост. Подходящим способом поддержки крымского бизнеса в нынешних условиях представляется радикально упрощенный механизм предоставления государственных гарантий по кредитам для мелкого и среднего бизнеса (например, через недавно созданное Агентство кредитных гарантий), что как минимум позволит обеспечить доступ к банковскому финансированию. Видимо, на первых порах следует предусмотреть в Крыму возможность предоставления госгарантий по кредитам не только на инвестиционные, но и на оборотные нужды.
Вообще, различные формы государственных гарантий, стимулирующие частные инвестиции в желаемых направлениях, судя по всему, должны стать основным инструментом нашего «ответа Чемберлену». Разумнее не выделять непосредственно средства на те или иные проекты из бюджета или резервных фондов, а содействовать осуществлению этих проектов конкурирующими между собой частными инвесторами, подстраховывая их госгарантиями. В свою очередь банки, привлеченные сниженным благодаря госгарантиям риском, будут активнее конкурировать за финансирование таких проектов. Упор на гарантии вместо прямого финансирования соответствует современной международной практике: по подсчетам Валерия Горегляда, бывшего первого зампреда Счетной палаты, в 23 странах, реализовывавших самые крупные антикризисные программы в 2008–2009 годах, в среднем почти половина всех выделенных средств (49%) пришлась на государственные гарантии, тогда как в России — лишь 5,4%.
Новая денежная политика
Для усиления конкуренции и оживления частных инвестиций необходима соответствующая новой ситуации монетарная политика ЦБ, в частности снижение базовой ставки. Предлагается признать, что сегодня риск перехода экономики из стагнации в рецессию выше, чем риск некоторого увеличения темпа инфляции. Нужно насытить банковскую систему деньгами, что в условиях пересыхания канала заимствований российскими банками средств за рубежом невозможно без серьезного расширения их кредитования со стороны ЦБ. Подчеркнем: кредитования не только государственных, но и крупных частных банков.
Еще одним элементом экономической политики в условиях санкций должно, как представляется, стать сдерживание роста тарифов монополий. Должно быть безусловно выполнено принятое правительством решение об ограничении роста тарифов уровнем инфляции предыдущего года. Политически это будет весьма сложно: за последние месяцы неоднократно сообщалось о требованиях РЖД пересмотреть тарифные ограничения, о планах «Россетей» увеличить в 2015 году тариф на передачу электроэнергии на 10–11% и т. д. Однако без ограничения роста тарифов в несырьевом частном секторе не будет прибыльности. Доля прибыли в ВВП, согласно данным Росстата, по итогам прошлого года сократилась до 29,2% — это ниже, чем накануне кризиса 1998-го и в разгар кризиса 2008–2009 годов. Для сравнения: в 1999 году доля прибыли в ВВП превышала 44%. Невысокий уровень прибыли означает отсутствие инвестиций, причем не только потому, что ожидание прибыли — основной мотив любых инвестиций, но прежде всего потому, что прибыль — основной их источник.
Побуждение к локализации
Только четвертым — и по номеру, и по важности — элементом «ответа Чемберлену» могут быть наши ответные санкции. Здесь, как представляется, важно ставить достижимые цели и не строить иллюзий: при необходимости Евросоюз в состоянии компенсировать убытки своим производителям, в наибольшей степени пострадавшим от наших «антисанкций», поэтому добиться непосредственного политического результата с их помощью скорее всего не удастся. Значит, нужно вводить их таким образом, чтобы помочь своим производителям, используя «антисанкции» не столько как инструмент давления на Запад, сколько как не противоречащий правилам ВТО (они допускают ограничения, вызываемые соображениями национальной безопасности) механизм защиты своего внутреннего рынка. Для этого введению ограничений должна предшествовать дискуссия с представителями бизнес-ассоциаций (причем не только РСПП, но и представляющими малый и средний бизнес), а сами ограничения — носить точечный, выверенный характер.
Читать дальше
