Зеев Бар-Селла - Сюжет Бабеля

— О, Господи, мамуня же ты моя всемилостивая, — взмахнул руками мужик, — где ей сироте, подняться… Она, сирота, подохнет…

— Обижаешь коня, кум, — с глубоким убеждением ответил Дьяков, — прямо-таки богохульствуешь, кум, — и он ловко снял с седла свое статное тело атлета. Расправляя прекрасные ноги, схваченные в коленях ремешком, пышный и ловкий, как на сцене, он двинулся к издыхающему животному. Оно уныло уставилось в Дьякова своим крутым, глубоким глазом <���…> какое-то невидимое повеление и тотчас же обессиленная лошадь почувствовала умелую силу, истекавшую от этого седого, цветущего и молодцеватого Ромео. Поводя мордой и скользя подламывающимися ногами, ощущая нетерпеливое и властное щекотание хлыста под брюхом — кляча медленно и внимательно становилась на ноги. И вот все мы увидели, как тонкая кисть в развевающемся рукаве потрепала грязную гриву и хлыст со стоном прильнул к кровоточащим бокам. Дрожа всем телом, кляча стояла на своих на четырех и не сводила с Дьякова собачьих, боязливых и влюбленных глаз.

— Значит, что конь — сказал Дьяков мужику и добавил мягко, — а ты жалился, желанный друг…

Бросив ординарцу поводья, начальник конзапаса взял с маху четыре ступеньки, и взметнув оперным плащом, исчез в здании штаба» {160} 160 Там же. ЛЛ. 5–6. .

Нам продемонстрировали самую архаическую форму циркового представления. Клоун (clown) ведет свое происхождение от латинского colonus — обозначения категории полузависимых крестьян времен упадка Римской империи (III в. н. э.). Позднее слово это означало просто крестьянина. И клоуном стали именовать персонаж, изображающий деревенщину — недалекого крестьянина, пришедшего на ярмарку, где его дурят и обманывают ловкие мошенники и барышники. Да еще над ним и насмехаются.

Отразился Дьяков и в «Дневнике»:

«Белев. 13.7.20 <���…>

Начальник конского запаса Дьяков — феерическая картина, красные штаны с серебряными лампасами, пояс с насечкой, ставрополец, фигура Аполлона, короткие седые усы, 45 лет, есть сын и племянник, ругань фантастична, привозят из отдела снабжения, разломал стол, но достал. Дьяков, его любит команда, командир у нас геройский, был отлетом , полуграмотен, теперь „я инспектор кавалерии“, генерал, Дьяков — коммунист, смелый старый буденновец. Встретился с миллионером, дама под ручкой, что, господин Дьяков, не встречался ли я с вами в клубе? Был в 8-ми государствах, выйду но сцену , моргну.

Танцор, гармонист, хитрец, враль, живописнейшая фигура. С трудом читает бумажки, каждый раз теряет их, одолела, говорит, канцелярщина, откажусь, что без меня делать будут, ругань, разговор с мужиками, те разинули рты.

Тачанка и пара тощих лошадей, о лошадях.

К Дьякову с требованиями, уф, заморился, раздавать белье, все в затылок, отношения отеческие, ты будешь (больному) старшим гуртовщиком» {161} 161 Бабель И. Собр. соч. в 4-х тт. М.: Время, 2006. T. 2. С. 238. .

Вот только неясно: вправду он был цирковым атлетом, или наврал бойцам своей команды?

Ладно, отправляемся дальше — новелла «Конкин». Герой преследует убегающего польского генерала, догоняет его, а тот заявляет, что готов сдаться, но саблю свою отдаст только Буденному.

«— Пан, — кричу я и плачу, и зубами скрегочу, — слово пролетария, я сам высший начальник. Ты шитья на мне не ищи, а титул есть. Титул, вон он — музыкальный эксцентрик и салонный чревовещатель из города Нижнего… Нижний город на Волге реке…

И бес меня взмыл. Генеральские глаза передо мной, как фонари мигнули. Красное море передо мной открылось. Обида солью вошла мне в рану, потому, вижу, не верит мне дед. Замкнул я тогда рот, ребяты, поджал брюхо, взял воздуху и понес по старинке, по-нашенскому, по-бойцовски, по-нижегородски, и доказал шляхте мое чревовещание.

Побелел тут старик, взялся за сердце и сел на землю.

— Веришь теперь Ваське эксцентрику, третьей непобедимой кавбригады комиссару?..»

Старик поверил, но потом Конкин его все-таки зарубил. Конкин упомянут Бабелем еще несколько раз, но не в книге, и не в «Дневнике», а в планах и набросках к «Конармии». Самая пространная запись выглядит так:

«Вася Рыбочкин.

Стиль — [В Белеве] — Короткие главы, насыщенные содержанием.

Конкин. Застаю бригаду в ожидании. Представление у батюшки. Чего тебе, Масейка. — Известие за героя Василия Рыбочкина. — Приказ командарма. Другой Рыбочкин. — [Бой] Плетит казака. — Потом из боя, золотые часы, сундуки, конь. — Приеду в Нижний, эх, запылю… Сестра милосердия на лошади, [зара <���за>] стерва… — Заработал комиссар. — Карточка клоуна. Привет из Нижнего. — Всемирно знаменитый [кло<���ун>] чудо-клоун и парфорсный [но] ездок-иностранец». {162} 162 Там же. С. 342–343.