1 ...6 7 8 10 11 12 ...15 После ухода из профессии о ней долго не было слышно, а потом она неожиданно вернулась в совершенно другой роли – в качестве благотворителя. Организовала фонд правовой и психологической помощи женщинам, «Поддержку». Со временем он стал проводить и просветительскую работу – например, лекции, посвященные темам домашнего насилия и гендерного равноправия. Завершение актерской карьеры Макаровой и ее возвращение вызывали массу вопросов, но ответов на них не было: в качестве главы фонда она говорила с журналистами исключительно о проблемах благотворительности. Ну а теперь, в качестве пресс-секретаря «Пришествия», она давала прессе лишь короткие комментарии, но не интервью.
– У вас есть пять вопросов, – вдруг сказала Макарова низким хрипловатым голосом и открыла глаза. – Я сейчас отвечу на пять коротких вопросов, а об остальном поговорим на месте. Идет?
– Да, вполне, – кивнула Лиза. – Можно задавать любые вопросы?
– Конечно. Задавать можно любые вопросы, но не на любые я захочу отвечать.
– С вами непросто.
– Вы не представляете, до какой степени, – сказала Макарова. – Ну, начинайте.
– Сколько вам лет? – спросила Лиза.
– Пятьдесят, – ответила Макарова, подняв голову, как будто специально обращая внимание на прямую осанку. – Но это вы могли найти и в интернете и не тратить сейчас свои драгоценные вопросы.
– Не волнуйтесь, так задумано. Важна ведь не только информация, но и то, с какой интонацией ее сообщают, – сказала Лиза. – Следующий вопрос. Что такого есть в Лидере, чего нет в других людях? Почему вы пошли за ним?
– Я много думала об этом, – ответила Макарова почти без паузы, – и всегда приходила к тому, что мне было очень просто пойти за ним. Очень легко, даже приятно. Когда я с ним встретилась в первый раз, я сразу поняла, что он – именно тот, кто мне нужен. И не только мне. Вы поймете, о чем я говорю, когда увидите его. Он особенный. – Она пожала плечами. – И я полностью отдаю себе отчет в том, что говорю. Я не какая-то сумасшедшая, мы здесь не сборище ненормальных. Просто у некоторых людей есть стереотипы относительно сект, к разряду которых вы нас причисляете. Но мы намерены бороться с предубеждениями. Именно поэтому мы и не отказали вам в визите.
– Кстати, я ценю эту открытость. Это здорово. Глупый вопрос, но все же – а вы верите в Бога?
– Верю… – Макарова посмотрела вниз, на свои руки. – Я верю в Бога.
– Что случилось с вашей карьерой в конце нулевых? Почему вы отовсюду исчезли?
– Честно говоря, мне не хочется отвечать на этот вопрос. – Она помолчала. – И я не буду этого делать. Даже не потому, что лень. Просто мне неинтересно об этом говорить, и все. Это лишнее и уже не имеет никакого значения.
– То есть вы отказываетесь отвечать.
– Совершенно верно, отказываюсь.
– Хорошо. У меня остался последний вопрос, пятый. Скажите… скажите, а что все-таки у вас за парфюм? Удивительно хороший, серьезно говорю.
Екатерина вдруг рассмеялась – просто и естественно.
– Нет, нет, послушайте, это не Dior и не Saint Laurent, – сказала Макарова, покачав головой. – Это Marc Jacobs. Ничего не могу с собой поделать – ужасно нравятся его духи. Я понимаю, что мне надо бы отказаться от таких излишеств, но пока никак не могу. Невозможно быть совсем без греха. – Она посмотрела на Лизу с улыбкой, и ее голос стал как будто мягче. – Простите, что так рассмеялась. Не думала, что вы вернетесь к этому вопросу, а мне почему-то вдруг захотелось на него ответить, сказать, что это Марк, мой любимый Марк. Как раньше, когда меня постоянно спрашивали – что на вас надето, что лежит в сумке, кто вам делал макияж. Глупость, но почему-то вспомнилось.
– О, а я обожаю эти интервью. У меня на них мозг отдыхает – идеальное чтение после работы.
– И еще по поводу ароматов. – Макарова быстро вернулась к прежнему тону. – Елизавета, я вот что хотела сказать. Не сочтите за бестактность, но у нас в поселении запрещено пить. И курить, кстати. Так что, если от вас однажды будет разить так, как разит сейчас, вы будете просто выставлены за ворота. И никакая пресс-карта вам не поможет. Учтите это.
Лиза торопливо кивнула, покраснев, кажется, до ушей, а Макарова откинулась на сиденье и стала смотреть в окно. Свет мягко падал на ее волосы и плечи, на красивые руки.
– Да, я хотела сказать, что можете звать меня просто Лизой, без формальностей.
– Просто Лиза, без формальностей, – медленно повторила Макарова. – Хорошо. Как скажете.
* * *
Сидя на перроне, Дима закурил. Он зажал сигарету в зубах и открыл рюкзак, чтобы удостовериться, что все на месте. В глубине, под одеждой, нащупал паспорт, конверт с деньгами. Это была заначка, которую Дима нашел дома, – наличных было немного, но вместе с тем, что он снял со своего счета, все выглядело не совсем уж плохо. Так было безопаснее, чем ходить с картой, которую легко можно было отследить, и к тому же ее всегда могли заблокировать, если понадобится. Из тех же соображений безопасности Дима решил не ехать до центрального краснодарского вокзала, хотя брал билет именно туда, а сойти за пару остановок.
Читать дальше