Но это все вопросы не столько научного, сколько философского характера. В повседневной жизни мы сталкиваемся с изменчивостью, естественным отбором и приспособляемостью отдельных особей, которые в совокупности представляют собой популяцию, разновидность, в редких случаях, вид. И тут законы, вскрытые Дарвиным, действуют, практически, безотказно.
Итак, мы остановились на том, что согласно теории эволюции процветание общества происходит за счет гибели или угасания отдельных индивидуумов. Рассмотрим теперь эту проблему с религиозной точки зрения. Бог создал все живое, в том числе, и человека, смертным. Время жизни, хотя и ограничено у разных видов (бабочка-однодневка живет не более суток, секвойя до тысячи лет), но у отдельных особей не установлено. Одни гибнут, не успев родиться, другие умирают в течение ограниченного им срока. Следовательно, Создателю по каким-то соображениям (а религия признает разумность Созидающего начала) было угодно, чтобы все живое, в том числе, и человек, в положенные ему сроки умирало. В этом смысле волю Создателя, то есть убийство, могут выполнять самые различные факторы. Это может быть бактерия, вызвавшая смертельную болезнь, саранча, лишившая человека посева, а, следовательно, и пищи, и, наконец, сам человек. В этом случае воин, палач или бандит выполняют ту же функцию, что и бактерии чумы, и раковая опухоль.
Так же, как смерть нежелательна для данной личности, так же и грех лишившего жизни другого человека лежит на душе убийцы. Но это в индивидуальном плане; что же касается «планов общественных», то мы можем придти к парадоксальным выводам.
Фактическое отклонение католической церкви от христианских принципов (инквизиция, крестовые походы, в том числе, и на христианскую же Византию, стяжательство с помощью продажи индульгенций) привели к реформаторству, реформаторство породило гуманизм, а гуманизм способствовал техническому прогрессу.
Истребление евреев в гитлеровской Германии вызвало возмущение в общественном мнении, а это сыграло не последнюю роль в создании государства Израиль. Кто знает, может быть, именно в двадцатом веке, когда религиозные чувства начали сильно притухать, возможно, и евреи, которые в диаспоре ощущали себя нацией благодаря религии предков, стали бы быстро ассимилироваться и перестали бы существовать как нация. Трудно сказать, чем кончится кровавая свистопляска в странах победившего коммунизма. Нострадамус, о котором мы говорили, предсказывал, что это приведет к религиозному подъему.
Мы говорили о самом большом преступлении против личности — лишении ее жизни. Не исключено, что и более мелкие поползновения на ее интересы в общественном плане могут иметь какой-то историко-социальный смысл. Но тогда представления о моральных нормах поведения могут оказаться в совершенно непривычных для нашего восприятия ракурсах, И если уж Создатель наградил нас индивидуальными качествами, в том числе, и, внутренним ощущением моральных норм, то, как бы нас не сдерживали писаные и неписаные законы, мы будем проявлять свою индивидуальность согласно «воле Божьей» или врожденным инстинктам и наклонностям.
«Слышать себя» надо уметь
Итак, с точки зрения биолога можно сказать, что живой организм обладает неким «биологическим полем». Именно оно регулирует основные жизненные процессы организма. Организм при смерти это поле теряет. Он перестает что-либо ощущать, реагировать на среду. Поле объединяет организмы в группы, обуславливая их взаимное влияние друг на друга. Развитие группы организмов подчиняется особым закономерностям и мало зависит от волеизъявления отдельной особи или личности. Если бы удалось доказать, что это поле способно отделяться от организма, выходить за рамки пространства и времени, то мы могли бы смело ответить на вопросы, связанные с представлениями шаманов о душе, которые, как мы уже видели, не идут в противоречия с догматами религий. Но как только мы поставим проблему в такой плоскости, в нашем материалистическом сознании моментально возникает блок: этого не может быть. Это противоречило бы законам физики!
А что по этому поводу скажут физики? Последние столетия физики шли в авангарде материалистической науки, поэтому они первые наткнулись на стену, о которую начали разбиваться, казалось бы, незыблемые представления о материи. Оказалось, что существует онтологический слой Бытия и была установлена его нерасчлененность, другими словами, непостижимость.
Читать дальше