Тыл — фронту

А. Ф. САДИКОВА (ФРОЛОВА),

бригадир комсомольско-молодежной фронтовой бригады

(Лит. запись И. В. ЧЕРНЯДЕВОЙ)

Казалось, что мы с Валей Сидоровой, небольшого роста, светловолосой, энергичной девушкой, сделали все для подготовки комсомольского собрания: написали объявление, доклад, даже принесли из дома патефон с пластинками, но — кроме нас и еще двух человек — больше никто на собрание не пришел. В чем дело? Почему ребята не явились?

В военном, 1942, году в центральной заводской лаборатории Челябинского тракторного завода так же, как и в остальных цехах, работало много молодежи и комсомольцев, эвакуированных из Ленинграда, Харькова, Сталинграда. Условия их жизни были тяжелыми. Многим приходилось жить в бараках, с двухъярусными кроватями, хлеб выдавался по карточкам, и его не хватало. Но дело было не в трудностях, все понимали, что они вызваны войной. Ребята не пришли на собрание потому, что у нас в цехе еще не сложился коллектив. Как его создать? Как сплотить комсомольскую организацию? Эти мысли не давали покоя.

В то время в Челябинске уже был организован госпиталь для тяжело раненных бойцов. На очередном заседании бюро мы единодушно решили взять шефство над несколькими палатами этого госпиталя. Мы — это главным образом девушки-лаборантки, молодые инженеры и техники: Зоя Лисина, Маша Арцугова, Зина Гарскова, Мира Авербах, работники химической, антикоррозийной и других лабораторий.

С энтузиазмом взялись за изготовление конвертов, зубного порошка из меди, мыла из отходов крепителя, применяющегося при формовке деталей в литейных цехах, любовно вышивали кисеты, носовые платки, готовили концертную программу, чтобы с ней выступить перед ранеными. Как горько было смотреть на искалеченных войной наших сверстников. Тяжелый воздух в палатах, бледные, измученные страданиями лица большей частью еще совсем молодых ребят. Болью и гневом сжимались наши сердца. А сколько радости принесли скромные подарки бойцам в палатах для выздоравливающих, как тепло они встретили наших артистов. Многих из нас бойцы тут же попросили, под их диктовку, написать письма своим близким. С того памятного дня шефская работа в госпитале стала неотъемлемой частью работы комсомольской организации.

После посещения госпиталя многие девушки ЦЗЛ подали заявление в завком с просьбой зачислить их на курсы медсестер. Занимались мы после работы в помещении театра ЧТЗ. Идем на занятия, около театра горят костры, возле них греются люди.

В эти дни театр был превращен в приемный пункт для эвакуированных. Кресел в зрительном зале не было, вместо них сколочены нары. На нарах, главным образом, женщины с детьми. Отсюда эвакуированные получали направление на подселение.

Однако по окончании курсов медсестер не всем девушкам удалось попасть на фронт, многие из них по-прежнему остались работать на заводе.

На счету комсомольцев ЦЗЛ было много и других дел, позволивших сплотить организацию. Активное участие принимали комсомольцы в сборе теплых вещей для бойцов. Шапки, перчатки, варежки, шарфы, носки — каждый приносил что мог, иногда отдавая последнее. Вместе со всеми на этот призыв горячо откликнулась Таня Фрунзе — дочь советского полководца Михаила Ивановича Фрунзе. В то время, будучи студенткой одной из военных академий, она эвакуировалась из Ленинграда в Челябинск, и в течение нескольких месяцев состояла на учете в комсомольской организации заводской лаборатории. Отзывчивая, скромная, Таня Фрунзе пользовалась большим уважением комсомольцев цеха.

Не менее активно в нашей организации прошел сбор средств на строительство танковой колонны имени Челябинского комсомола, начатый по инициативе комсомольцев Челябинского абразивного и других заводов…

Позднее мне пришлось оставить работу в ЦЗЛ. Я стала заместителем комсорга завода. И, вспоминая сейчас факт за фактом, могу сказать, что неиссякаемой была комсомольская инициатива. Готовясь к празднованию 25-й годовщины ВЛКСМ, мы взяли на себя обязательство выпустить в сентябре 1943 года сверх плана 10 комсомольских танков Т-34 и в октябре построить сверхплановую танковую колонну «Ленинград».

Тысячи ребят и девчат, работая по лицевым счетам, перевыполняли задания в среднем на 50 процентов. 4 октября в сдаточном цехе состоялась торжественная передача сверхплановых десяти машин Т-34 представителям танковой части. Каждому танку было присвоено имя одного из героев-краснодонцев.