Алан Фолсом - Послезавтра

— Здравствуй, Вера! — обрушился на нее голос Франсуа, энергичный, властный.

Вера молчала. Она вдруг поняла, что именно в ней переменилось: она перестала быть ребенком и миновала черту, перешагнув которую назад возврата нет. Жизнь переменилась, она не будет такой, как прежде. И неизвестно, к лучшему это или к худшему.

— Здравствуй, — наконец сказала она. — Здравствуй, Франсуа.

Пол Осборн ушел из квартиры Веры вскоре после полудня. Он доехал до своего отеля на метро. В два часа дня, одетый в джинсы, свитер и кроссовки, он уж вел голубой «пежо» (машина была взята напрокат) по авеню де Клиши. Дотошно следуя карте Парижа, выданной ему прокатным агентством, Осборн свернул на улицу Мартр, выехал на шоссе и помчался на северо-восток вдоль реки. В течение следующих двадцати минут он трижды останавливался, осматривал берег, но подходящего места не попадалось.

В два тридцать пять Осборн проскочил лесистый проселок, сворачивавший к Сене. Развернув машину, Пол вернулся и поехал по проселку. Через четверть мили дорога вывела к уединенной стоянке, сразу за которой начинался крутой спуск к реке. Собственно говоря, это была даже не стоянка, а просто большая поляна, со всех сторон окруженная деревьями и опоясанная грунтовой дорогой. Осборн поехал по ней и, чуть не доезжая поворота на шоссе, нашел то, что искал: присыпанный гравием съезд к реке. Остановив машину, Пол оглянулся назад. Шоссе отсюда было не меньше чем в полумиле. Берег надежно скрыт за деревьями и кустарником.

В летнее время здесь, должно быть, собиралось немало народу — позагорать и искупаться. Но в дождливый октябрьский день вокруг не было ни души.

Выйдя из «пежо», Осборн стал спускаться вниз. Впереди сквозь деревья просвечивала река. Темное небо, затянутое тучами, и сплошная пелена дождя словно отгородили Осборна от всех на свете. Крутой щебенчатый съезд к воде, изрытый камнями, наверняка использовался для того, чтобы спускать по нему маленькие яхты и лодки.

У самой воды догнивали останки деревянного причала — видимо, в прежние годы здесь была пристань или паром. Кто им пользовался? Для каких целей? Сколько солдат высадились здесь за минувшие века, сколько человек прошли по этому спуску?

Гравий незаметно перешел в песок, а тот, в свою очередь, сменился вязким, красноватым илом. Осборн, осторожно ступая, двинулся вперед. По песку можно было свободно идти, но в иле кроссовки сразу увязли. Осборн насколько мог стряхнул с них грязь и посмотрел на реку. Сена неторопливо несла свои воды, взвихриваясь маленькими водоворотами. Метрах в тридцати ниже по течению вперед выдавался небольшой скалистый мысок, покрытый деревьями. Сужаясь, река заметно ускоряла свой неторопливый бег.

Осборн долго смотрел на воду, явственно представляя себе, как будет осуществлять свой план. Потом, широко шагая, вернулся к купе деревьев у подножия холма, нашел сук потолще, отнес его к реке и бросил в воду. В первые секунды сук не двигался с места, затем течение медленно потащило его за собой вокруг мыса и уволокло на середину реки. Осборн следил по часам. Понадобилось всего десять секунд, чтобы сук тронулся с места. Еще двадцать секунд — и он скрылся за скалистым мысом. Итак, всего за полминуты сук исчез из виду.

Оглядевшись, Осборн направился к небольшой роще. Ему нужно было найти что-нибудь потяжелее, чем сук, — что-нибудь, приближающееся к весу человеческого тела. Вскоре он нашел сухое бревно. С трудом поднял его, кое-как дотащил до берега и столкнул в воду. Как и сук, бревно некоторое время оставалось на месте, а потом поплыло вдоль берега. Достигло мыса, отдрейфовало к середине реки. Осборн вновь следил по часам. Понадобилось тридцать две секунды, а затем бревно скрылось из виду. Весило оно не меньше пятидесяти фунтов. Канарак, судя по всему, весил около ста восьмидесяти. Конечно, он тяжелее, чем бревно, но зато бревно было во столько же, если не больше, раз тяжелее, чем сук. Тем не менее плыли они с одинаковой скоростью и были унесены течением за те же полминуты.

Осборн почувствовал, как у него учащается пульс, а под мышками выступает пот, когда осознал: план вполне реален, он сработает! Осборн сначала медленно, потом быстрее побежал вдоль берега по направлению к мысу. Как он и предполагал, течение в этом месте было быстрым и глубоким. Оно подхватит парализованного сукцинилхолином Канарака, подобно бревну, и меньше чем через полминуты тот окажется на середине реки, увлекаемый стремниной вниз по течению.