Роберт Фериньо - Дрожь

Джимми разглядывал цветной снимок, лежавший рядом на полке. Он представлял собой причудливую композицию из многочисленных синих точек, сосредоточенных вокруг белого пятна. Точки были обведены желтой линией. Ему понадобилось несколько секунд, чтобы понять — перед ним изображение Лагуны, снятой сверху, вероятно, с утеса. Синие точки — это копы в униформе, желтая линия — полицейская лента. Вся композиция напоминала мишень.

— Интересно, — сказал Джимми.

— Тебе, может, и интересно, а мне — нет. Кроме того, я думала, тебя интересуют поляроидные снимки. Как и детектива Хоулт. — Клео размазала помаду подушечкой указательного пальца. — Подписывай карточки, и я согласна на три с половиной тысячи. Лучшее предложение, между прочим.

Остальные фотографии были более четкими и выразительными. Однако именно эта, в виде мишени, взволновала Джимми. В ней чувствовалась какая-то неприкрытая надменность, даже гордыня. Вероятно, сыграл роль угол съемки — создавалось впечатление, что фотограф видел все иначе, чем остальные присутствовавшие, в том числе и полиция. Джимми взял снимок.

— Кто его сделал?

— Не помню, да и какая разница? На нем все равно ничего такого не видно, — безапелляционно сказала Клео. — Многие из похожих картинок я покупала напрямую у фотографа.

— Как его имя? Это важно, Клео.

— Ой, посмотрите, какие мы крутые самцы, бьем себя в грудь и требуем чего-то! Я тебе не бюро добрых услуг.

Джимми вспомнил старое полицейское клише о том, что преступник возвращается на место преступления. Иногда наиболее прозорливым детективам удается найти убийцу в толпе зевак, окружающей тело. Джимми снова взглянул на фото. Вероятно, фотограф был не один в момент съемки. Может, рядом с ним находился кто-то заинтересованный в происходящем.

Джимми положил снимок в конверт и взял ручку.

— Оставь деньги себе. А мне дай имя фотографа, его адрес и номер телефона. — Джимми начал выводить грязные ругательства и собственную под ними подпись.

Клео прочитала написанное через его плечо.

— Ой, как чудесно! — прощебетала она, хлопая в ладоши от восторга.

Джимми перепроверил адрес фотографа, который дала ему Клео (она сказала, что его зовут ATM, как сокращенное название сети банкоматов). Вчера он по дороге из галереи заехал к этому парню со странным именем, но того не оказалось на месте. Джимми зря прождал несколько часов — фотограф так и не появился. Джимми оставлял ему сообщения, но тоже безрезультатно — никто не откликнулся. Однако он не терял надежды.

В соседнем доме грохотала музыка, которую Джимми услышал, как только вышел из машины. Крутили запись группы «Лимп бизкит». Джимми подошел к крыльцу и постоял в нерешительности — какую из двух дверей выбрать. В итоге он постучал висевшим рядом молоточком в ту, что находилась правее. Странное имя ATM. Вряд ли его так назвали родители. Или взгляды Джимми слишком устарели?

Постучав еще несколько раз, Джимми почти отчаялся услышать шаги за дверью. Однако та медленно отворилась. Тучный человек высунул в проем лицо, скрытое множеством свисающих косичек.

— ATM?

— Зависит от ситуации, — пробурчал мужчина, посасывая молочный коктейль. — Эй, незнакомец, ты на колесах?

Двадцать минут спустя они на бешеной скорости мчались по шоссе, чудом не задевая бампером многочисленные в это время суток автомобили.

— Принцесса Диана! Принцесса Диана! — стонал ATM, содрогаясь от смеха на переднем сиденье черного «сааба». Машина ловко перестраивалась из ряда в ряд и обгоняла соседние автомобили.

— Заткнись! — бросил Джимми, жалея, что не обсудил все с этим странным парнем еще у него в квартире. Теперь было поздно. За ошибки приходится платить. — Еще раз заорешь, отправишься домой.

— Эй, это ты ко мне пришел! — ATM почесался. Его голова топорщилась грязноватыми косичками, а на толстом пузе висело несколько фотоаппаратов. — Неужели так сложно подбросить приятеля-журналиста?

— Слушай, я уже тебя подбрасываю, разве нет? Только, пожалуйста, заткнись.

— Так постарайся ехать побыстрей! — недовольно проворчал ATM.

Джимми сильнее нажал на педаль газа. Они мчались так быстро, что Джимми едва различал картинку за окном. Руль так и рвался из рук. Теперь он понимал, почему автомобиль этого горе-фотографа находился в ремонте.

— Я просто хотел узнать, один ли ты находишься на месте съемок. Разве нельзя спокойно ответить? По-моему, элементарный вопрос.