Джонатан Келлерман - Дочь убийцы

Грейс посмотрела на строительную площадку.

– Люди, связанные с этим проектом, нажились на землетрясении?

– Страховка, – пояснил старик. – В сущности, азартная игра с редким выигрышем. Но даже игральные автоматы в Вегасе иногда выдают деньги.

– А эти не платили.

Бродяга ткнул пальцем в здание школы:

– Молодежь в большинстве своем – несоциализированные дикари, правда? Повелители, мухи и так далее. Если кто-то и заслуживает смертной казни, так это четырнадцатилетние. Но злодеи чуют друг друга, и этим «повелителям мух» поручили давить на простых людей, чтобы те не требовали компенсации.

– Парень, руководящий этим проектом, нанимал школьников, чтобы запугивать…

– Они могли бы надеть и пояс смертника. Они были террористами, не больше и не меньше, и они позволили злодею выкупать поврежденные дома за бесценок и продавать сама знаешь кому.

– Властям, – сказала Грейс.

– Суп из букв, дочка. Агентство А, агентство Б, агентство Зета – то самое, что имплантировало иридиевый электрод прямо сюда и пыталось обратить меня в ислам. – Бездомный похлопал себя по правому виску. – К счастью, я понял, что к чему, и сумел его деактивировать.

Он зевнул, опустил голову и начал задремывать.

– Была рада с вами поговорить, – сказала психотерапевт.

Она успела отойти на несколько шагов, прежде чем бродяга ответил:

– Обращайтесь.

Ну вот, теперь появился источник, подтвердивший ее догадки.

Конечно, он псих, но с периодами ясного сознания и предклиническим интеллектом – так что его слова можно воспринимать всерьез.

Чуть дальше по Сентер-стрит Грейс нашла относительно свободное интернет-кафе, купила кофе с молоком и булочку, которую не собиралась есть, и устроилась в угловой кабинке. Сидя среди студентов и тех, кто ими притворялся, она глотнула кофе и погрузилась в хаотичный мир информации.

Запрос « зеленые рабочие места город» выдал дюжину ссылок – в основном официальные документы с бюрократической демагогией. Просмотрев наугад несколько разделов, женщина уловила суть: проект строительства быстро прошел через многочисленные комитеты и подкомитеты, муниципальные и штата, получил одобрение чуть больше года назад, и контракт в результате «особой конкурсной процедуры» был отдан компании «ДРЛ-Эртмув, Инк.», из Беркли, штат Калифорния.

Судя по всему, особая конкурсная процедура заключалась в том, что конкурс вообще не проводился, а ДРЛ была признана обладателем уникальной квалификации: «внимание к экологии», «знание истории и духа города», «учет местных потребностей, в том числе обеспечение рабочими местами жителей Беркли, а также бедных районов Окленда и других экономически отсталых районов».

Грейс надеялась, что в документах всплывет имя Роджера Уэттера-младшего, но руководителем и единоличным собственником ДРЛ был Дион Р. Лару. Разочарованная, доктор ввела в строку поиска его имя, но получила только три ссылки, причем все три – репортажи о благотворительных мероприятиях.

Щедрость директора строительной фирмы распространялась на местную организацию под названием «Общество здорового питания», благотворительный фонд «Доверие», занимавшийся реабилитацией членов банд из Окленда, и экспериментальный кинофестиваль, проводившийся в Университете Беркли четыре года назад под девизом «Освобождение народа и личности».

«Общество здорового питания» отблагодарило своих жертвователей веганским банкетом, фотографии с которого выложила на своей странице в «Фейсбуке».

Грейс принялась просматривать снимки сияющих, улыбающихся лиц на этих снимках.

Вот он.

Высокий, хорошо сложенный тридцатипятилетний мужчина в черной с золотом бархатной куртке и черных джинсах. Длинные белокурые волосы, разделенные пробором посередине, спускаются до плеч – английский вариант Иисуса. Светлая щетина, как у кинозвезды.

Дион Лару стоял в расслабленной позе: в одной руке бокал с чем-то оранжевым, другая лежит на худых обнаженных плечах брюнетки лет двадцати пяти. Не красавица, но симпатичная. Резко очерченные скулы, словно ее лицо вырезали с помощью ложечки для мороженого.

Аша Лару, жена босса. Экзотическое имя, но в чертах лица ничего кельтского.

Ее улыбка выглядела фальшивой. Его – ослепительной.

Но их чувства в тот момент не имели значения – обо всем рассказали его глаза. Пронизывающие и странно мертвые. Эти глаза Блейдс уже видела.