Дот Хатчисон - Дети лета

После третьего звонка я приняла вызов.

– Рамирес.

– Рамирес, это Дрю Симпкинс.

Черт, дождалась!

Я включила громкую связь.

– Симпкинс, я ночую у Эддисона, мы слушаем вас. В чем дело?

Не последовало никаких комментариев по поводу присутствия Эддисона и моей ночевки у него. Половина Бюро полагает, что мы трахаемся, а другая половина уверена, что мы всё никак не осозна́ем, как часто нам нужно трахаться.

– Мне только что позвонила детектив Холмс, – ответила эта особа. – Семилетнего мальчика, Мейсона Джефферса, высадили перед входом в отделение экстренной помощи больницы принца Уильяма. Весь в крови, но, видимо, не своей. Мальчик молчит, однако к его плюшевому мишке приколота записка, где сообщается его имя, возраст, адрес и просьба обратиться к вам.

– А его родители?

– Холмс хочет, чтобы вы подъехали к дому мальчика. На сей раз я разрешаю.

На сей раз. Симпкинс в своем репертуаре.

– Какой адрес?

Эддисон поискал ручку, нашел маркер и записал адрес на руке, за неимением поблизости бумаги.

– Мы будем там через двадцать минут, – уверенно сообщил он, и Симпкинс, одобрительно хмыкнув, отключилась.

Инара и Прия серьезно глядели на то, как мы вскакиваем с кожаного дивана.

– Будьте осторожны, – озабоченно произнесла Прия, – и по возможности держите нас в курсе.

– Не следует ли нам отменить задуманный на грядущие выходные приезд? – спросила Инара.

– Нет, ничего не отменяйте, – ответил Эддисон. – Марлен уже забила холодильники. Вы не можете бросить нас одних с таким количеством изысканной выпечки.

– Ладно… Мы садимся в четверг днем на шестичасовой поезд, так что если планы изменятся, то это точка невозврата.

– Только вы думаете, что шесть вечера – это еще день, – покачав головой, заметил он и взял лэптоп, собираясь выключить его.

– А вы думаете, что шесть утра бывает только утром, – парировала она.

– Это и есть утро.

– Ничего подобного, если вы еще не ложились спать.

– Доброй ночи, девочки.

– Доброй ночи, Глупый Умник, – хором пропели они и усмехнулись, увидев его обиженное лицо. Перед тем как экран погас, я успела заметить, что они бросили на меня встревоженные взгляды.

– Может, пока переодеваемся, я звякну Стерлинг, – предложила я Эддисону, – а ты позвонишь Вику?

– Si , то бишь да, позвоню. Не то чтобы они могли чем-то помочь, но нам надо держать их в курсе новостей.

Стерлинг восприняла новость спокойно, попросив меня сообщить подробности с утра пораньше, чтобы она обеспечила нас парой первых чашек кофе. Элиза – ангел. Я опять натянула джинсы и ветровку, сменив также ночную футболку, поскольку просто не могла представить себя в рабочем костюме после полуночи. На работе у меня имелась более подходящая одежда, если мы не вернемся сюда, и кроме того, я теперь все равно обречена торчать за письменным столом. И какая же от этой работы выгода, если она не послужит оправданием отступления от дресс-кода?

Дом Джефферса оказался в самом западном районе городка, что потребовало бы полчаса езды при способствующих ей светофорах. Светофоры нам не способствовали, но Эддисон не обращал на них внимания: мы домчались туда за восемнадцать минут. Представившись дежурившему у двери полицейскому, зашли в дом и едва не наткнулись на агента Симпкинс.

Дрю Симпкинс – к середине своего пятого десятка она считалась достойным уважения агентом – тряхнула буйной гривой темно-русых волос, которые никогда не выглядели вполне укрощенными. Как приглашенный лектор, она вела занятия в академии на тему влияния психологии на детские записи, особенно рассматривая то, как можно находить зацепки и подтексты в дневниках или письменных работах; в той же мере Симпкинс руководила и специальной подготовкой агентов в подразделении, расследующем преступления в отношении детей. Секция поведенческого анализа всячески стремилась заполучить ее для своих групп по оперативным разработкам, но Дрю непоколебимо оставалась оперативником в детском подразделении. Именно она сумела верно опознать мое авторство «Руководства по выживанию стажеров». Очевидно, у меня имелся «свой стиль».

– В трех предыдущих делах, насколько я поняла, с отцами обходились более жестоко? – Симпкинс также не считала нужным тратить время на светские манеры.

– Да, – ответила я. – Отца подавляли выстрелами, мать убивали, затем отца мучительно приканчивали. Здесь не тот случай?

– Похоже на то. Пошли, сами увидите.