Игорь Фёдоров - Волк

— Ну, чувствуешь что-нибудь? — спросил Васильев.

— Идиотом я себя чувствую, — огрызнулся тот и наставил пистолет на Паху, — теперь вы.

— Так, — скомандовал Васильев, — все берем пример со Славика, и начинаем чувствовать себя идиотами.

Такой картины лес никогда не видел — люди, кто смеясь, кто ругаясь, снимают с себя куртки, ветровки, рубашки и выворачивают их наизнанку.

Более подходящего момента для меня не будет.

Я подбежал на достаточно близкое расстояние, мотнул головой и швырнул бедного зайца прямо в середину толпы.

На мгновенье все застыли от увиденного. Поняв, что делать тут нечего, заяц вскочил на ноги и рванул вдоль оврага в мою сторону. Первым очнулся Степаныч. Он издал дикий вопль, схватил автомат, отправил очередь вслед зайцу и побежал следом. Одна из пуль коснулась моего плеча, но это я оставил без внимания. Я вылетел из кустов и прыгнул на Тимофеева. Мы вместе полетели кубарем в овраг. Паха, тем временем, подскочил к ничего не понимающему Васильеву и ударил его в нос. Бывший участковый взвыл и упал на землю, прикрывая лицо руками. Паха взял за руку Алю и сказал только одно слово:

— Надо.

Аля слегка кивнула, и они побежали к дороге.

Тем временем мы с Тимофеевым скатились на дно оврага, подняв тучу пыльцы иван-чая. Пистолет валялся на расстоянии вытянутой руки, и пока мой противник не пришел в себя, я вскочил на него, встав на грудь одной лапой. Другую поднял и сжал когти в «как бы кулак», отставив «указательный». Коготь находился прямо над глазом Тимофеева.

Подо мной лежал беспощадный, но поверженный, убийца. И я мог сделать с ним все, что пожелаю нужным.

В лесу вдруг стало тихо, только где-то в стороне изредка звучали одиночные выстрелы — Степаныч не хотел упускать свой шанс расквитаться с назойливым зайцем.

Тимофеев внимательно смотрел в мои глаза, и его лицо от удивления вытянулось. Глаза изумленно округлились.

— Серега? — тихо спросил он.

Мой коготь резко опустился вниз, и нечеловеческий крик раздался над лесом. Нечеловеческой же силой я был отброшен назад. Я быстро вскочил на лапы и посмотрел на поверженного Тимофеева. Тот катался по земле и горько стонал, закрывая часть лица, где только что находился глаз. Мне даже стало немного жаль его. Что ж, с волками жить…

Оставив несчастного Тимофеева на волю непредсказуемой судьбы, я в два прыжка выскочил на поверхность. Место, минуту назад полное народу, пустовало. Васильев погнался за ребятами, оставив после себя капли крови. Где-то далеко раздался металлический лязг, а следом истошный крик Степаныча. Капкан, еще недавно предназначенный для меня, поймал охотника-изувера. Леший сдержал свое обещание. Я думаю, этот день он будет не раз вспоминать долгими скучными вечерами с улыбкой.

Я осмотрел свое плечо. Пуля слегка процарапала кожу, и хоть кровь и не хлестала ручьем, боль была достаточно сильной. До меня донесся звук мотора. Дельфин тронулся с места, объехал машину неприятеля, и помчался в сторону вокзала. Честно говоря, мне никуда уже не хотелось бежать. Плечо болело, хотелось спать. После всякого колдовства, волшебства и магии, почему-то хочется спать. А потом проснуться в своей кровати.

Но тут до меня донесся звук еще одного мотора. Взбешенный Васильев помчался вдогонку. Стал бы он продолжать погоню, если бы знал, что его подельники вышли из игры? Живые, но уже безвредные и списанные со счета? Я тихо вздохнул, лизнул рану и помчался следом, стараясь не думать о боли.

Тем временем оба автомобиля уже выскочили из леса и мчались по степи, особенно красивой в лучах заходящего солнца. До девяти мы точно не успеем, подумал я, пытаясь нагнать Васильева. Это было не так легко, чувствуя мое бедное плечо и усталость. И хотя машины ехали не на полной скорости, учитывая кочки и ухабы, расстояние между нами сокращалось очень медленно. Мое преимущество состояло в том, что дорога изгибалась. От одного поворота до следующего я сходил с дороги и бежал по траве, тем самым сокращая путь.

Главной задачей для Пахи и Али было добраться до вокзала. А там полиция, охрана, люди, видеокамеры. Словно думая о том же, Васильев высунул из окна руку, сжимая в ладони пистолет. Попасть куда-либо во время гонки в подпрыгивающем автомобиле дело не простое. Особенно, если у стреляющего разбит нос, его дважды за день ловили взглядом, и он повесился. Но даже если пуля пробьет корпус автомобиля, предстоит долгие объяснения с родителями, и рейтинг Али, которая обещала за нами присмотреть, упадет. Но пуля может выбрать и другую цель.