Андрей Пихтиенко - Циферщик.

Он видел трупы женщин, выстроенных в ряд. И снова та большая чёрная фигура стояла позади них, заставляя своих жертв беспомощно парить в воздухе. На их телах появлялись жуткие порезы, из которых сочилась кровь. Порезы приобретали изображение цифр. Единица, двойка, тройка, четвёрка, пятёрка, шестёрка…

И тут появилась ещё одна девушка. Живая, в отличии от прочих. Она вышла на первый план. Чёрная фигура и мертвецы исчезли. Виктор не видел лица новой девушки, но жуткое понимание — кто она — пришло моментально. Девушка медленно поворачивалась к нему — обнажённая, такая хрупкая и беззащитная. Казалось, что она просто-напросто спала.

Виктор не хотел видеть продолжения, отчаянно боролся со сном, пытаясь прогнать этот образ, закрыть глаза или наконец проснуться. Знакомые глаза на милом лице распахнулись, и Виктору не оставалось ничего другого, — только смотреть. Уродливая гримаса исказила Олины черты, из её рта вырвался истошный, пронзительный, полный отчаяния крик боли и ужаса…

Наступил новый день. Виктор проснулся, оглядел свою кровать, смутно надеясь, что весь вчерашний вечер был лишь дурным сном, и сейчас он увидит милое лицо напротив. Но кровать пуста. Ни единого следа Олиного присутствия: ни длинного светлого волоса, ни отголоска запаха, ни лишней вмятинки на простыне.

Утро за окном было наполнено тоской и безысходностью, под стать свинцовым тучам, грязной опавшей листве, лужам, отражавшим в себе небесную серость и холодной мороси, бьющей в лица прохожим.

Виктор никак не мог выкинуть из головы вчерашнее помрачнение и мучившие его кошмары. Он чувствовал, что совершенно разбит. Не хотелось подниматься с кровати. Виктор с детской наивностью ждал, что вот сейчас услышит весёлый голос своей девушки, зовущей его завтракать. Он понимал, как глупо было на это надеяться. Оля не ночевала и даже не была дома ночью. Но так не хотелось вставать с кровати на встречу жестокой реальности.

Рассеянно и отрешённо Виктор собирался на работу. Всё вокруг было как в тумане. Первым делом, он набрал заветный номер, хоть и не верил, что ему ответят. Телефон по-прежнему был выключен. Виктор решил во что бы то ни стало обзвонить сегодня в офисе всех её подруг и коллег, да и вообще всех людей, чей номер у него был и кто, хотя бы теоретически, мог что-то знать об её исчезновении.

Виктор принял холодный душ, чтобы взбодриться. Выпил чашку кофе с вчерашними роллами, обнаружив, что аппетит у него не пропал, а даже наоборот, — оказался поистине звериным. Надел брюки и рубашку, перед выходом насыпал еды кошке. Тревожное чувство, казалось, отступило, но его ноющее присутствие оставалось где-то рядом, в области сердца. С утра притуплялись переживания, пробуждался разум.

Виктор сел в машину, мимоходом осмотрев вмятину от вчерашней аварии. В бардачке обнаружил забытую когда-то пачку, в которой чудом оказалась единственная сигарета. Закурил, завёл двигатель, начал листать список контактов в телефоне. Вдруг изображение пропало: батарея села и телефон выключился. Виктор вздохнул: «Давно уже надо купить зарядку в машину. Ладно, на работе найдётся запасная. Где же ты, Олька?» Докурил сигарету, оглядывая подступы к подъезду, неосознанно ища знакомый силуэт через забрызганное утренней моросью переднее стекло. Привычным маршрутом поехал к бизнес-центру, где находился его офис.

Как назло, в конце месяца прибавилось дел. Начальник его отдела суетился вокруг сонных, злых на весь мир сотрудников, которым выпало работать в это воскресенье. Виктор безразлично поздоровался со всеми. Выслушал план работы на сегодня.

За все полтора года на этом месте Виктору в первый раз выпал рабочий день на воскресенье. Может из-за этого, может из-за того, что Виктор отрешённо кивал головой, едва слушая и на всё соглашаясь, — заданий ему на сегодня досталось прилично. Ничего не оставалось, кроме как с головой уйти в работу, исправно и монотонно исполняя свои обязанности. Сосредоточенная работа отвлекала от мучительных мыслей.

В обеденный перерыв он решил обзвонить её коллег. Выяснилось, что на работу она сегодня не вышла. Одна из девушек, работавших вчера вместе с Олей, рассказала, что оставалась закрывать магазин, поэтому ушла последней. Кто подвозил Олю — она не знает, но это точно не кто-то из других девчонок-продавцов. Потому что, две другие ушли вчера на час раньше. Оля никому ничего не говорила о том, что кто-то кроме Вити должен был заехать за ней. Зато поделилась их планами на вечер.