Пока инспектора и дежурная смена полицейских обходили соседей, мы с Джейкоби развернули походный штаб прямо у нас в машине. Уоррен занялся организацией поисков «Мерседеса», а я набрала номер офиса О'Мара и попала на ее секретаршу, Кэти.
Перед глазами тут же встало костистое лицо под шапкой проволочных волос. Весь наш разговор сопровождался хрустом, шуршанием, сопеньем и чавканьем. Обедает, не сходя с рабочего места?
— Морин взяла недельку за свой счет. Ей надо отдохнуть, — сказала Кэти. — Она это заслужила!
— Да кто спорит… А кстати, где она проводит отпуск?
— А в чем, собственно, дело, лейтенант?
— Кэти, вы же сами понимаете, полицейская рутина…
— Вообще-то Морин не сказала, куда поедет, но я могу дать все ее номера.
— О, здорово!
Минутой позже я уже набирала сотовый О'Мара. На том конце — цифровой автоответчик. Через несколько секунд мой номер сиял у нее на пейджере. На домашней линии — занято. Раз за разом. Наглухо.
Джейкоби вбил имя О'Мара в бортовой компьютер, и через пару секунд перед нами светилось ее досье из отдела регистрации автотранспортных средств.
Джейкоби зачитал вслух:
— «Морин Сибхан О'Мара; евразийская раса; не замужем; дата рождения — пятнадцать восемь семьдесят три; рост — метр семьдесят восемь; вес — шестьдесят девять килограммов». Хм-м… Ничего так, крепенькая…
Он повернул экран, чтобы и я смогла увидеть фото и адрес О'Мара.
— Мы можем там быть через пятнадцать минут.
— Давай-ка попробуем через десять. Джейкоби сдал задом от бордюра, взвизгнув покрышками, объехал белые фургончики криминалистов и влился в трафик.
Я включила мигалку, и мы ринулись по Ливенворту к Си-Клиф — фешенебельному кварталу, где обитала О'Мара.
Номер 68 по Сивью-Мэррас оказался не просто особняком: это была самая настоящая средиземноморская вилла цвета зрелого манго, с видом и на залив, и на мост «Золотые Ворота», и на Сосалито, и — чем черт не шутит! — может, даже на Гонолулу.
Мы с Джейкоби «оседлали» веранду, и калейдоскоп кровавых картинок про дом Гарзы наконец-то вылетел из головы, уступив место вихрю новых вопросов.
«Ну же, Морин! Где ты? Жива ли еще?»
Я нажала кнопку звонка — и даже вздрогнула, когда резкий звук хлестнул по нервам. Впрочем, ни голосов, ни звука, шагов так и не донеслось.
Как и в доме Гарзы, я крикнула: «Полиция!» — еще раз нажала кнопку, отступила назад, давая место Джейкоби и его могучему кулаку.
Уоррен забарабанил по двери.
Нет ответа. «Да что с тобой приключилось, "рыжая"»?
Вновь в душе возникло знакомое чувство: костлявые пальцы смерти играют на позвонках моего хребта, как на саксофоне.
О'Мара нигде нет, ее секретарша понятия не имеет, куда та могла деться… Я уже объявляла сегодня «чрезвычайное положение» в пределах одного дома. Что мне мешает проделать это еще раз?
— По-моему, пахнет газом! — страшным голосом воскликнула я.
— Слушай, давай без театра, а? Я старый, заслуженный человек. Можно как-нибудь попроще?
— Уоррен, вспомни, что мы видели у Гарзы. В случае чего я отвечаю.
Под слабым толчком моих пальцев дверь распахнулась, будто уступая слабенькому ветерку.
Мы извлекли оружие. В который уже раз за сегодня.
— Полиция! Мы входим в дом!
Холл вел в светлую многооконную гостиную, заставленную салонной мебелью с набивными тропическими мотивами. Простенки были завешаны крупными и — на мой дилетантский взгляд — гениальными полотнами. Я пыталась найти хоть какие-то следы беспорядка, но пока что все выглядело нормально.
Мы прочесали первый этаж, через каждые несколько секунд сообщая друг другу:
— Чисто!
— Чисто!
— И здесь чисто!
Одна светлая комната задругой, опрятно прибранные и совершенно пустые анфилады…
Когда мы стали подниматься по главной лестнице, мне показалось, что запах парфюма усилился. Доверившись носу, я последовала за ароматом, и он привел меня в хозяйскую спальню.
Цвет? Персиковая мякоть. Картина над изголовьем королевского ложа? Переплетенная парочка, занятая известным делом. Я лично не понимаю такого «спального искусства», но кое-кому оно по вкусу.
Всю левую стену, если смотреть со стороны кровати, занимало сплошное гигантское окно, за один только вид из которого найдутся охотники убить человека.
Ну а стена напротив представляла собой вожделенную мечту модницы. Двустворчатые зеркальные двери гардеробных шкафов. Восемь штук — и все распахнуты настежь. Одежда сорвана с плечиков, вывалена, раскидана… А здесь что творилось? И давно ли?
Читать дальше