По ходу дела в голове крутились два вопроса: «Кто сидит за рулем «Мерседеса»?», «Кто истек кровью на ковре?».
Я переложила руль вправо, следуя указателю «Вылет», и через несколько секунд Джейкоби уже что-то кричал из бокового окна, завидев сержанта Уэйна Мари из местного участка.
Сержант бегом припустился от терминала А, прыгнул к нам в машину, и под его руководством мы нашли служебный въезд — самый короткий путь к сердцу аэровокзала. После целой серии неприметных дверей и множества лестниц мы оказались в дежурке, а если точнее, в епархии лейтенанта Фрэнка Мендеса.
Фрэнк был жилист, поджар, ростом метр семьдесят восемь, примерно моего возраста. Он встал, чтобы пожать нам руки, затем предложил кресла напротив и, не теряя времени на дальнейшие политесы, ввел нас в курс последних событий. Итак, в сотне ярдов к югу от ВПП, на 12-м выезде вот уже почти час стоит птичка «три семерки» компании «Американ эйрлайнз». Выходы перекрыты, рейс задержан.
— Имя доктора Гарзы указано в пассажирском манифесте, — пояснил Фрэнк. — Вместе с мисс О'Мара. Судя по билетам, они направляются в Рио. Не знаю, сколько еще времени мы можем откладывать вылет.
С этими словами он встал, показал пальцем на кофеварку в углу кабинета, сделал приглашающий жест — и тут же куда-то испарился, хотя телефоны на его столе трещали без умолку.
Через плексигласовую перегородку хорошо был виден местный центр охранного видеонаблюдения: ряды телевизионных мониторов, демонстрирующие зернистые черно-белые изображения на один и тот же сюжет: вереницы авиапассажиров тянутся то в одну сторону, то в другую, багажные карусели, погрузка каргоконтейнеров…
В кабинет то и дело заскакивали люди в униформе и просто в цивильной одежде, пока мы с Джейкоби выполняли роль сиделок у древнего факса, медленно выдавливающего из себя необходимые нам бумажки.
Интересно, поверили Гарза с О'Мара в сказку об устранении мелкой технической неисправности? Что они сейчас делают? Сидят в своих креслах, тянут коктейли через трубочку и читают «Файнэншл тайме»?
Я одним махом проглотила остатки кофе, смяла бумажный стаканчик и швырнула его в мусорную корзину.
В шесть ноль пять вечера факс наконец-то выплюнул очередной документ: официальное письмо из прокуратуры в адрес руководства аэропорта. Сразу вслед за этим вылезла и самая главная бумажка: ордер, которого мы с таким нетерпением ждали.
Едва последний лист улегся в приемный лоток, как появился Мендес.
— Хорошо, — сказал он, прочитав послание. Впервые я увидела на его лице улыбку. — Теперь можно и порезвиться.
У меня участился пульс, когда дошло дело до надевания черных курток с желтыми нашивками « ПОЛИЦИЯ » на спине и груди. Шестнадцать человек проверили оружие, затем на четыре лестничных марша спустились к гаражу.
Я присоединилась к Мендесу в передней машине, уже прокручивая в голове возможные сценарии, пока мы мчались к самолету. Мендес связался с диспетчерской вышкой, рявкнул в микрофон:
— Начали! Блокируйте ВПП!
Разумеется, я волновалась в эти минуты, но, самое главное, испытывала гордость, что руковожу нашей операцией. Не говоря уже о том, что чесались руки схватить наконец Гарзу за шиворот.
Бетон летного поля отливал бликами прожекторов; над головой проревела колоссальная махина, бросающая свой немыслимый вес в прохваченные ветром сумерки.
Первые минуты я не спускала глаз с неподвижного силуэта «Боинга-777», затем перевела взгляд на трап, подкатившийся к борту.
Синхронно распахнулись и с сочным звуком захлопнулись двери патрульных каров, венцом окруживших самолет по периметру.
Прячась в полумраке, люди начали сужать кольцо.
Под аккомпанемент металлического гула от множества подошв мы с Джейкоби и бригадой молодцеватых полицейских полезли по трапу. Я постучала в дверь, и та немедленно скользнула вбок.
Знаком велев стюардессе хранить молчание, я вежливо отодвинула ее в сторонку. В салон первого класса мы вошли сзади.
Затылок Денниса Гарзы я распознала с ходу. Доктор сидел в третьем ряду, возле прохода по правому борту. Сквозь шевелюру явственно проступала уродливая бурая полоса на черепе.
Соседнее место у окна занимала рыжеволосая женщина. Морин О'Мара.
И все было бы хорошо, но обнаружилась одна проблема. Крупная и тяжелая.
Каталка, полная напитков и прочей дребедени, полностью перекрывала проход. Да плюс еще две стюардессы.
Читать дальше