Александр Варго - Кулинар

— Итак. — Старшина все еще сохранял серьезный вид. — Документы есть?

— У меня? — Чинарский расширил глаза. — Есть.

Он достал из кармана паспорт, который всегда носил с собой, и положил его перед старшиной.

— А в чем, собственно, дело, могу я узнать? — полюбопытствовал он.

— Сейчас узнаешь, — встрял в разговор сержант, — стой спокойно.

— Ты мне нос сломал, сука, и с лестницы спустил, — подскочил к Чинарскому охранник.

— Спокойно, — отстранился от него Чинарский. — Зачем же вы так? Сами с лестницы свалились, а хотите на меня все повесить. А я-то вашему приятелю еще сказал, чтобы он вам помог. Ай-яй-яй, нехорошо.

Старшина удивленно взглянул на охранника.

— Да врет он все, — заорал охранник, — это он меня…

— Товарищ старшина, — терпеливо произнес Чинарский, — ну сами посудите: зачем мне нужно было его спускать с лестницы, как он выражается, да еще нос разбивать? Да и не смог бы я этого сделать. Вы на него посмотрите и на меня. Да он бы меня в бараний рог скрутил!

Действительно, Чинарский выглядел не лучшим образом — и в смысле одежды, и в смысле физическом.

— Ну-ка дыхни, — поманил старшина Чинарского.

Банка пива, которую Чинарский выпил еще в «Елочках», давно уже выветрилась, поэтому он дыхнул на мента по полной программе.

— Свидетели есть? — Теперь старшина глядел на охранника.

— Вот он видел, — показал тот на своего приятеля.

— Он не видел, товарищ старшина, — покачал головой Чинарский. — Когда я вошел, он стоял в зале, это все могут подтвердить.

— Видел или нет? — Старшина посмотрел на второго охранника.

Тот собирался сказать, что видел, но что конкретно «видел», не знал. Не успел договориться с товарищем. Поэтому он открыл рот и замер, как снулая рыба.

— Алло. — Старшина все это время набирал номер на телефонном аппарате, стоявшем на столе.

Наконец ему ответили, и он, назвав пароль, продиктовал в трубку данные паспорта Чинарского.

— Так видел или нет? — Старшина снова посмотрел на второго охранника.

— Видел, — выдавил тот из себя.

— Что? — Старшина уже понял, что дело здесь тухлое, и теперь пытался спустить его на тормозах.

— Видел… как Витька вставал… нос у него был разбит. Не сам же он себе его разбил…

— Как гражданин Чинарский Сергей Иванович бил твоего Витьку, ты видел? — настаивал старшина.

— Нет, этого не видел, — покачал головой охранник, — но ведь нос…

— Я же вам говорю, товарищ старшина: он оступился и упал с лестницы, — снова встрял Чинарский, уловив подходящий момент. — Пока катился вниз, и нос себе расквасил, — ухмыльнувшись про себя, добавил он.

— Заявление писать будете? — Старшина перевел взгляд на Витьку. — Только предупреждаю: без свидетелей, а как я понимаю, никто ваши слова подтвердить не может, это гиблое дело. Получается, что вы сами упали и разбили себе нос.

— Скотина! — заорал Витька и кинулся на Чинарского.

Сержант вскочил и преградил ему дорогу.

— Вот видите, товарищ старшина, — показал на взбесившегося охранника Чинарский. — Так недолго и шею сломать, не то что нос.

— Вас никто не спрашивает, гражданин Чинарский, — осадил его старшина. — А ты, друг, если не хочешь в отделение за хулиганство, лучше стой спокойно. Да, слушаю, — сказал он в трубку, которую прижимал к уху. — Хорошо, спасибо.

Он положил руку на паспорт Чинарского и придвинул его к краю стола:

— Можете быть свободны.

Чинарский не заставил себя ждать, быстро схватил паспорт и, махнув на прощанье Виктору, вышел из ресторана.

У входа в «Мандарин» притулился милицейский «УАЗ», за рулем которого дремал водитель, а вот Антонова нигде не было видно.

Начало смеркаться. Осмотревшись по сторонам, Чинарский решил, что его новый приятель «сделал ноги», когда подкатила милиция. Вздохнув, он снова направился в сторону проспекта. Из-за угла дома ему навстречу вырулил Антонов.

— Я уж думал — тебя заластали, — с неподдельной тревогой сказал он.

— Поэтому и смылся, — с иронией заметил Чинарский.

— Ладно, Серж, без обиды. — Антонов хлопнул его ладонью по плечу. — Чем бы я тебе помог?

— Ничем. — Чинарский двинулся дальше.

— Вот именно — ничем, — подтвердил Антонов, шаркая следом. — Куда теперь? — догнал он Чинарского.

— Сейчас узнаешь.

Они прошли «Елочками», оставив в стороне редакцию «Столицы провинции», и спустились к набережной. Здесь находился еще один ресторан с национальной кухней. Вернее, даже не ресторан, а кафе «Японский стиль». Его наружное оформление выглядело победнее «Мандарина». На фасаде, над совершенно плоским и невыразительным входом подсвечивалась стилизованная под японские иероглифы вывеска.