Джонатан Келлерман - Доктор Смерть

— Откуда ты узнал адрес? — спросил я.

— В отделе регистрации транспортных средств. БМВ Ульриха там не значится — вообще ни одной машины на его имя. Но у Стрэттон есть двухлетний «Сатурн». Она живет на бульваре Милбанк. Это в Шерман-Оукс, а не в Энчино. Еще дальше на восток.

— Зачем говорить правду, когда можно солгать?

— Обставил мизансцену... Он это обожает, да?

— Позаботился обо всем до мелочей, — сказал я. — Помнишь, Ульрих говорил, что на месте преступления не было никаких других следов, кроме его собственных и следов Стрэттон? Он убрал за собой, но на тот случай, если что-то все же упустил, у него появилось законное оправдание.

— Столько лет... дирижер хренов! — Оторвав руку от руля, Майло воздел ее к потолку. — Господи, дай мне возможность засунуть этому ублюдку в задницу его собственную палку!.. Какие у тебя еще дельные мысли?

— Веди себя с Ульрихом дружелюбно, но властно. Только не переусердствуй ни в том, ни в другом. Разговаривая с ним, постоянно оглядывайся по сторонам. Пусть гадает, это простое любопытство, или же ты высматриваешь что-то определенное. Посмотрим, как он отнесется к этой неопределенности. Засыпай его общими вопросами. Совершенно не связанными друг с другом — у тебя это очень хорошо получается. Прекрасно, что мы заявимся к нему домой без предупреждения. Дирижером станешь ты. Если Ульрих занервничает, возможно, он сделает какую-нибудь глупость. Например, соберет вещи и попробует смыться, решив, что ты уехал. Или попытается что-либо спрятать — в свой личный тайник. Такой у него наверняка имеется — Ульрих не может рисковать тем, что Таня наткнется на его коллекцию сувениров.

— Ты уверен, что он их хранит?

— Могу поспорить на что угодно. Ты можешь организовать наблюдение за его домом? Сразу же после того, как ты уедешь?

— Так или иначе, Алекс, за ним будут следить. Даже если мне придется самому торчать в кустах. Ладно, ты предлагаешь мне в одиночку разыграть спектакль с хорошим и плохим полицейскими. Но только сделать это ненавязчиво. Хорошо, буду действовать ненавязчиво. Думаю, у меня получится даже без дозы спиртного. Ну а ты чем займешься?

— Буду строить из себя безучастного мозговеда. Если удастся оторвать Таню от него, пригляжусь к ней внимательнее.

— Что, ты ее тоже подозреваешь?

— Нет, но Ульрих начинает ей надоедать. Возможно, она скажет что-нибудь ценное.

Майло оскалился, изображая, как я понял, улыбку.

— Замечательно, план действий составлен. Но когда все это останется позади, можно я засуну Ульриху в зад его собственную палку?

Майло не снимал ноги с педали газа, и дорога заняла меньше сорока минут. Мы пронеслись по каньону мимо красот природы и обнесенных заборами роскошных особняков и едва вписались в левый поворот на Вентуру. В долине было градусов на десять теплее. Вскоре за Сепульведой начались высокие административные здания с зеркальными стеклами Энчино, которых быстро сменили невысокие магазинчики и автостоянки Шерман-Оукс. По воскресеньям в такую рань все еще спят, и машин на улицах практически не было. Шоссе номер 405 идет параллельно длинной белой стене супермаркета. Гигантский торговый центр давно закрыт, но даже в смерти он производит впечатление. Кто-то уже наверняка вынашивает планы прибрать к рукам это место. Кто-нибудь обязательно вынашивает какие-нибудь планы.

Проехав квартал, Майло свернул направо на Орион, но тут же снова поехал параллельно шоссе по Камарилло и выехал на Милбанк, тенистую улицу без тротуаров. Одноэтажные ухоженные домики, бледнеющие на фоне буйно разросшихся камфарных деревьев. Громыхающее шоссе осталось на востоке.

Таня Стрэттон проживала в белом с синей отделкой доме, словно сошедшем со страниц сказки. Аккуратно подстриженный газон, но ни клумб, ни кустов. На стоянке перед домом ни одной машины. Окна закрыты ставнями, перед входной дверью стальная решетка. Другая металлическая дверь закрывала вход на задний дворик.

— Эти люди не любят, когда их беспокоят, — заметил я.

Майло нахмурился. Выйдя из машины, мы подошли к решетке. Майло нажал кнопку, закрепленную на стене дома, и где-то внутри зазвенел звонок. Тишина. Ни голосов, ни лая собаки.

Я сказал об этом вслух, добавив:

— Быть может, они отправились гулять, захватив с собой Герцогиню?

— Так рано? В воскресенье? — удивился Майло.

— Ульрих любит бывать на природе.

Майло заглянул в почтовый ящик. Внутри лежали четыре конверта и два рекламных проспекта. Майло посмотрел на штемпели.