Пол Галлико - Посейдон

— Хорошо, — кивнул Рого, указывая наверх. — Пойдемте туда.

Скотт повернулся и начал подъем уже знакомым путем. Рого смотрел на него, и ему вдруг показалось, что в священнике что-то изменилось. Он двигался слишком уж медленно и неуверенно, не так, как обычно. Будто ему на спину действительно привязали мертвую женщину и вместе с ней заставили карабкаться к вершине горы.

Он в последний раз взглянул на жену. Слезы, не переставая, лились из его глаз.

— Если б ты знала, крошка моя, что с тобой никогда я не был мерзавцем. Никогда, — прошептал он и, вздохнув, последовал за священником.

Оставшиеся в живых лежали ничком на покоренной ими высоте. Это была узкая перевернутая лестница, расположенная над валом винта. Внизу плескалось черное озеро из нефти и морской воды. Не только трудности подъема лишили их сил, все они — кто тайно, кто явно — ненавидели Линду, и теперь их мучило чувство вины перед ней.

Никто не решался посмотреть Рого в глаза. Но когда луч фонаря Скотта случайно упал на лицо детектива, все увидели, что глаза его опять спокойны и бесстрастны. И если он и догадывался о чувствах своих товарищей, то вида не подал.

— Ну, куда дальше? — поинтересовался Рого.

— Надо попасть вон туда, на противоположную сторону, — кивнул Скотт. — Там есть широкая надежная площадка, на которой мы сможем спокойно передохнуть.

— Но мы не в состоянии двигаться дальше! — закричал Шелби. — Вы что, разве не видите, что все мы уже на пределе? У нас не осталось сил. Вы потеряете и остальных. Мы все тут погибнем.

Скотт резко повернулся к Шелби:

— Немедленно прекратите себя жалеть и оплакивать, Дик! Мы одолели только часть пути, мы не достигли еще желанной цели. Мы не можем оставаться здесь, поймите же вы! Будете отдыхать и приходить в себя потом, когда окажемся в нужном месте. А пока что не время расслабляться. Хватит скулить, пора действовать!

То ли слова Шелби, то ли потеря сначала мальчика, потом Линды были тому причиной, но Скотт разозлился. Его спокойствие и хладнокровие, с какими он принимал решения и преодолевал сложнейшие преграды, вмиг исчезли.

Фрэнк понимал, что мысли всех членов его команды там, в этой бездонной пропасти, рядом с несчастной девчонкой, упавшей вниз на острие беспощадного стального копья. Что они с ужасом вспоминают и мрачную блестящую поверхность черного озера, лежащего где-то далеко внизу.

— Сейчас вам понадобится не физическая сила, не мощь ваших мускулов, а только лишь сила воли, — медленно заговорил он. — Если бы вы были уверены, что в шести дюймах под вами надежная опора, вы бы, без сомнения, оказались там за несколько секунд. Ну так вот. Я говорю вам, опора эта есть, она существует. Подумайте об этом. Поверьте в это. И я гарантирую вам, что проведу на другую сторону вас одного за другим.

Так и вышло. Священник двигался решительно и стремительно. Он походил на промышленного альпиниста, работающего на стальных конструкциях высотой в шестьдесят этажей над землей. Впрочем, в душе человека, которому доводилось проводить ночи под снегом и дождем, при порывистом ветре, покоряя вершины Анд, давно не осталось места страху. Тогда он мог сорваться с высоты в семь тысяч футов. Здесь таких не было.

Скотт поднимал на ноги одного путешественника за другим, клал руки ему на плечи и не спеша проводил по перевернутой горизонтальной лестнице. Привязанный к его поясу фонарь освещал путь. Чтобы никто больше не сорвался вниз, Фрэнк наставлял:

— Не пытайтесь идти обычным шагом. Пусть ваши ноги будто скользят по ступенькам. Смотрите только вперед. Как только вы окажетесь на противоположной стороне, знайте, что самая опасная часть пути уже позади.

Он успешно переправил на другую сторону лестницы всех членов своей отважной команды: и мужчин, и женщин.

Скотт словно сумел загипнотизировать их. Они шли с ним, как лунатики, и никто уже не думал о том, что там, внизу. Они помнили только слова «отдых», «безопасность», и еще эти: «Как только вы окажетесь на противоположной стороне, знайте, что самая опасная часть пути уже позади».

Скотт знал, что надо сказать каждому, чтобы подбодрить его. Мисс Кинсэйл он шепнул: «А вы, оказывается, отважная девушка!», Сьюзен услышала следующее: «Я верю, что вы станете такой же необыкновенной женщиной, как ваша мать». А она подумала: «Так ли это? Кем же я буду? И как повлияет на мою судьбу все, что со мной случилось и чего мне уже никогда не забыть?»

— За меня вы можете не беспокоиться, — уверенно произнесла Джейн Шелби. — Мне не нужно помогать, я пойду сама.