Дэвид Моррелл - Братство Камня

— Я это хорошо сознаю. Ваше Высокопреосвященство. Mea Culpa! [1]Моя душа вскоре предстанет перед судом. — Отец Хафер безуспешно пытался подавить приступ кашля.

Взгляд епископа смягчился.

— Простите меня. Я не должен был говорить так резко. — Он обернулся к Дрю. — Ваше второе предложение?

— Не скрывайте факт убийства. Устраните лишь свидетельство моего пребывания в монастыре. Унесите все из моей кельи. Пусть у нее будет нежилой вид. Уберите папку с моим делом. Затем поднимите тревогу, сообщите властям, а когда они спросят о пустой келье, объясните, что у ордена были трудности с пополнением новыми членами, и потому монастырь не полностью заселен. Церковь избежит скандала, поскольку полиция не сможет узнать, что вы дали убежище бывшему убийце.

— И вы советуете избрать этот путь?

— Его преимущество в простоте. Полиция сможет начать расследование. Вероятность того, что кто-нибудь проговорится, ничтожна. Будем знать только мы трое и те, кто уберут келью. — Он помолчал. — Конечно, есть и третий путь.

— Да?

— Самый простой.

— И это?

— Рассказать полиции всю правду.

Глаза епископа сузились.

Зазвенел селектор. Епископ нажал кнопку.

— Да.

— Ваше Высокопреосвященство, с вертолетом все в порядке.

— А команда?

— Иезуиты. До вступления в орден служили во Вьетнаме. Один из них летал на военном вертолете.

— Подходит. Коммандос церкви. Еще несколько поручений, — сказал епископ. — Я хотел бы встретиться с кардиналом и как можно скорее.

— Хотите, чтобы я разбудил его?

— Боже упаси, конечно, нет. Подождите до семи. До его утренней мессы. Кроме того, Поль, я не очень помню, кто осуществляет правосудие над картезианцами в Вермонте. Выясните.

— Сейчас, Ваше Высокопреосвященство. Епископ снял руку с селектора и отклонился назад.

— Вы, должно быть, задаете себе вопрос, что я хочу предпринять?

— Да нет, — ответил Дрю. — Вы хотите послать этих иезуитов в монастырь. Убедиться, говорю ли я правду. Епископ молча смотрел на него.

— И вы хотите поскорее встретиться с кардиналом, чтобы успеть остановить этот полет, если кардинал будет против. Но вы сомневаетесь в этом. Вероятней всего, он похвалит вас за проявленную оперативность. Однако самое тяжелое, окончательное решение, вы оставляете за ним.

— Вы должны признать, что в вашу историю не так легко поверить. Монастырь, полный трупов? Я был бы дураком, если бы принял решение, не зная всех фактов.

— Но зачем мне врать?

— Наверное, вы не врете. Но после шести лет затворничества вы можете просто ошибиться. Перепутать реальное с воображаемым.

— Иначе говоря, сойти с ума? — Дрю был рассержен.

— Ну, зачем же так. Просто быть немного не в себе. Я знаю о вас только то, что вы уже несколько дней носите в кармане дохлую мышь. На моем месте были бы вы уверены в такого рода свидетельствах?

Епископ посмотрел на лежащий на столе полиэтиленовый пакет. Нарочито небрежным движением он поднес к нему руку.

Импульсивно Дрю перехватил ее. Епископ пожал плечами. Дрю снова положил пакет к себе в карман.

— Привязаны к своему маленькому другу?

— Скажем иначе, я сентиментален. Выражение лица епископа стало более жестким.

— Значит, так. Если Его Сиятельство кардинал согласится, вертолет прибудет в монастырь в полдень. Если все рассказанное окажется правдой, мы будем решать, какой из предложенных вами вариантов самый разумный.

— А до этого?

— Вам нужно где-то отдохнуть. Независимо от того, правдива ваша информация или нет. Вы измучены. Кроме того, мне кажется, что вам следовало бы переодеться.

Дрю смущенно оглядел свою весьма потрепанную одежду.

— Куда же вы меня отошлете?

— Пока точно не знаю. Мне надо посоветоваться с Полем. Отец Хафер кашлянул.

— А что со мной? Должен ли я отправиться с ним? Епископ поморщился.

— Я думаю, нет. Не следует привлекать к себе излишнее внимание. Пока ситуация не ясна, нам лучше заниматься своими обычными делами. Хочу сказать только еще об одном. Этот человек исповедовался вам?

— Конечно. Перед тем, как я рекомендовал картезианцам принять его. Отшельническая жизнь должна была стать ему искуплением.

— Нет, нет, я имею в виду недавно. Сегодня.

— Нет. Это… — Отец Хафер поежился. — Я не подумал об этом.

— Он заявил, что убил человека два дня назад. Если это правда, душа его в опасности. Он должен получить отпущение.

Дрю вспомнил о распятии, которым он воспользовался как оружием: его охватило сомнение, возможно ли для него вообще отпущение грехов.