Дэвид Моррелл - Братство Розы

Входная дверь задребезжала от стука. Он затаил дыхание и наклонился к веревке, которая была протянута из гостиной через кухню в подвал. Он не успел запереть входную дверь, но у него были другие способы защитить себя. Крис вцепился обеими руками в веревку. Входная дверь открылась, скребнув по полу. Низкий мужской голос спросил:

— Есть здесь кто-нибудь? — В холле загрохотали тяжелые шаги.

— Я заметил мальчишку в окне, — сказал другой голос. Затем Крис увидел тени в гостиной.

— Господи, зачем столько столов? — изумился первый голос. — А мух-то сколько!

Крис скрючился в неудобной позе на ступеньках, глядя сквозь щелочку на грязный линолеум и сетку на полу в гостиной. С тех пор как его мать уехала, все свободное от охоты на мух время Крис посвящал изготовлению этой сетки. Он подобрал бечевку от воздушного змея в Кенсингтон-Парк, собирал на помойке веревки от пустых упаковок, тросы, шнурки от ботинок, стащил у соседей из комода шерсть и нитки, с прядильной фабрики по соседству унес моток бечевки, а еще регулярно срезал в соседних дворах бельевые веревки. Он связал их вместе — короткие, длинные, толстые, тонкие, — и получилась огромная веревочная сеть. Мать обещала вернуться. Она сказала, что привезет морские камушки, ракушки и фотографии, много фотографий. В тот день, когда она вернется, Крис поймает ее в сеть и не выпустит до тех пор, пока она не пообещает больше никогда не уезжать. У него защипало глаза, когда он увидел, как мужчины вошли в гостиную и остановились. Под ногами у них была сеть. Но она предназначалась не для них, а для его матери. Но раз уж они есть…

— А что за веревки и прочая ерунда на полу?.. Крис дернул за веревку. Он привязал ее к стульям, которые поставил на столы в гостиной. Стулья упали на пол и потянули за собой бечевку, продетую через цепь люстры на потолке. Углы сети поднялись. Раздался крик:

— Что за?.. Черт побери!

Крис вздохнул с облегчением, но тут же понял, что его ловушка не сработала. Мужчины хохотали, согнувшись в три погибели. В щелку двери Крис видел, как мужчина в военной форме разорвал узлы и легко выбрался из опутавших его веревок.

Жгучие слезы потекли по щекам Криса. Он скатился по ступенькам в темноту подвала. От негодования тряслись руки. Они еще пожалеют, думал он. Я отомщу им за насмешки.

Дверь в подвал со скрипом отворилась. Свет освещал только лестницу. Сквозь дыру в стенке угольного ящика Крис видел, что мужчины спускаются по ней. Они продолжали громко смеяться. Крис решил, что кто-то, должно быть, все рассказал, что он украл бельевые веревки, шерстяные нитки и шпагат, и даже сообщил, где он их спрятал. Выключатель в подвале не работал, но они, кажется, знали и об этом — луч фонаря шарил по заплесневелому полу, надеясь нащупать Криса.

Он отполз в дальний угол ящика для угля, который летом был пуст.

Под ногами скрипнули кусочки угля. Луч фонаря скользнул в его сторону. Пытаясь увернуться от него, Крис наступил на кусок угля. Нога подвернулась, он потерял равновесие и ударился о стену.

Луч фонаря был совсем рядом с ним. Шаги тоже. Нет! Он выскользнул из схватившей его руки и стал вылезать из ящика, но другая рука поймала его за плечо. Нет! Он плакал, лягался, но попадал все время мимо. Чьи-то руки схватили и подняли его.

— Вытащим-ка тебя на свет.

Он бешено отбивался, но его крепко держали за руки и за ноги.

Оставалось только извиваться и биться головой в грудь человека, который тащил его вверх по лестнице. После темноты Крис щурился от солнечного света, проникавшего в кухонное окно, и громко плакал.

— Спокойно, — проговорил полный мужчина в военной форме. Он тяжело и часто дышал.

Мужчина в плаще брезгливо рассматривал Криса — перепачканные смолой тапочки на резиновой подошве, грязные штаны, покрытые сажей волосы. Он вынул носовой платок и стер с лица мальчика слезы и угольную пыль.

Крис оттолкнул его руку, пытаясь казаться независимым и сильным.

— Ничего смешного! — зло воскликнул он.

— Ты о чем?

Крис посмотрел на сеть на полу гостиной.

— Все понятно, — проговорил мужчина в штатском. У него были холодные ничего не выражающие глаза и нездоровый цвет лица, но голос звучал дружелюбно. — Ты слышал, как мы смеялись.

— Ничего смешного! — еще громче крикнул Крис. — Конечно, ничего, — согласился военный. — Ты нас неправильно понял. Мы смеялись вовсе не над тобой. Вообще-то сплести сеть может далеко не каждый. Вот только тебе следовало бы использовать более прочный материал и сперва поучиться, как это делается. Но идея замечательная. Вот потому мы и смеялись. Но не над тобой. Мы так выражали свое восхищение. Ты храбрый парень. Ты похож на Джерри не только лицом, но и характером.