— Зачем ты это сделал? — И тут прорвались слезы. — Она же никогда не причиняла тебе зла. Ни разу ничем не обидела. Понимаешь? Конечно, папа, я знаю, он сердился, он… но она… послушай, Захи, — бормотал он, рыдая, — я же любил, любил ее. Как ты мог сделать такое?
Лицо Заха в нескольких дюймах от лица Оливера. Оливер видел, как исказились черты, как кровь прилила к щекам брата. Губы задергались. Глаза горят, точно угли. Маска ненависти. Зах коротко фыркнул, раз, другой, и ответил:
— Она позволила ему бить меня, так? Она позволила ему. Разве нет? Разве нет? А ты…
Братья стояли совсем рядом, оба едва различали сквозь слезы лицо другого. Зах уже не мог говорить. Он взвыл от ярости, гримасничая, шагнул вперед. Дуло револьвера уперлось Олли в висок.
Оливер смотрел на него, не тревожась о том, что сейчас произойдет. Холодный металл револьвера. Рука у Заха дрожит.
Зах помедлил еще мгновение.
Наконец он улыбнулся и палец согнулся на курке.
— Ты сломал машинку! — торжествующе объявил он.
Вспышка. Сперва слабая, словно молния на горизонте. Заскрипели, замигали лампы дневного света под потолком. По всей комнате растеклось неверное багровое мерцание.
В странном ускользающем свете девушка в маске разглядела обе мужские фигуры. Оливер…
Живой!
Поднял глаза в изумлении. Второй человек резко обернулся к ней. Шея вытянулась, лицо летело на нее, точно снаряд из катапульты, развевался распахнутый плащ.
Это он! Это он!
Теперь она узнала Короля Чуму, подлинного Короля. Захари — так звали его. Это он собирался надеть маску-череп. Мерцал свет над головой, Захари быстро-медленно разворачивался к ней, рука поворачивается вслед за ним, рука, кисть — пурпурное сияние растеклось по серебристому стволу кольта.
Вспыхнул свет. Замершая картинка в белом сиянии. Рука с револьвером оторвалась от ее бока. Она видела, как выбросил вперед обе ладони Оливер, как Захари направил револьвер на нее, она видела искаженное багровое лицо с догорающим взглядом, упершимся в мушку кольта.
— Захи! — крикнул Оливер. — Захи! Не надо!
Девушка тоже прицелилась.
И тут Зах выстрелил в нее.
Оливер Перкинс и Гас Сталлоне
Сперва Оливер увидел девушку. Увидел маску, переливавшуюся в темноте зелеными, красными, желтыми огоньками, — она поднялась над площадкой второго этажа. Потом замерцали над головой флюоресцентные лампы, он различал теперь маленькую несчастную фигурку. Разодранные черные джинсы, перемазанная кровью серая водолазка. Под дешевой маской угадал лицо в потеках грима, пропитанное усталостью.
И тут мушка револьвера оторвалась от его головы — Зах начал разворачиваться прочь от него. Он поворачивался к девушке медленными, рваными движениями, Оливер успел подумать: «Господи, он же убьет ее!» и услышал собственный крик: «Захи! Не надо!» Ладонь, взметнувшись, врезалась в правую руку брата, пальцы впились в скользкий рукав плаща, прикоснулись к мускулистому телу, он с силой рванул в сторону руку, державшую оружие.
Зах нажал на курок. Кольт подпрыгнул и изрыгнул пламя. Оливер увидел, как пуля, вонзившись в тело, отбросила девушку назад. Он видел, как она отлетела к перилам, там удержалась и, приземлившись, обнажила зубы в решительной, бесстрашной усмешке. Зах поднял кольт, вновь направляя дуло на нее, но девушка тоже прицелилась, и Оливер снова вскрикнул: «Не надо!», но выстрел заглушил его слова. По комнате, расшатывая тяжелые камни, пронесся ветер, оглушительный багровый рев покачнул стены. Медленно, очень медленно, грохот улегся, погас, словно догорающие угольки. В комнате дрожала тишина. Совсем тихо.
Захари, уронив руки, отступил.
— Зах? — пробормотал Олли, глядя на него.
Он шагнул за спину брату и подхватил его за плечи. Зах обмяк, руки бессильно свисали. Оливер услышал, как с глухим стуком револьвер Заха упал на пол.
Колени брата подогнулись.
— Захари? — прошептал Оливер. Он еще с минуту удерживал брата на ногах, но необоримая сила уже вырывала Заха из его рук. Оливер обвил тело брата рукой и вместе с ним опустился на пол. Он стоял возле него на коленях, сжимая Заха в объятиях, прислонив его к своей груди. Тупо уставившись на веселую лоскутную рубаху, он вдруг обнаружил в ней черное отверстие; сквозь дыру в пестрых лоскутках Оливер видел тело Заха и багрово-черную дыру, зиявшую в его плоти. В ужасе он быстро глянул в лицо Заху. Огромные, все еще живые глаза неотрывно смотрели на него. Захари пошевелил губами. Оливер склонился ниже, ловя каждое слово.
Читать дальше