- Все могло бы быть и по-другому.
- Могло. Но это не значит, что ты могла бы быть счастливой — были и посчастливей тебя, которые полезли в петлю от такого счастья. Чего не хватало принцессе Диане? Она была любимицей нации, принцессой крови, с внешностью, которой завидовали фотомодели, женой принца, матерью двух очаровательных детей. И она бросила все и размазалась об столб с каким-то черномазым купцом, и папарацци фотографировали ее измочаленное тело, с задранной на голову юбкой. А чего не хватало Мерилин Монро — богатой женщине, секссимволу Америки, по которой сохли миллионы мужчин, любовнице президента? Почему она покончила с собой? Потому что нет счастливых. Когда человек беден — он страдает от бедности. Когда человек богат — он страдает от богатства. Если он уродлив — то страдает от своего уродства, а если красив — то от своей красоты. Счастье существует только в глазах зависти. Когда люди видели богатого и красивого Элвиса Пресли — кто мог предположить, что он сдохнет от героина? Зачем этому счастливчику понадобился героин?
- С жиру взбесился. А у меня не было «мерседеса» и я в глаза не видела героин.
- Что не помешало тебе увидеть смерть своего ребенка. И никто не знает, что ждет водителя «мерседеса» за следующим поворотом дороги. Любая дорога ведет в ад, независимо от того, бредешь ли ты по ней с нищенской сумой или катишь на «мерседесе». Ты представляешь, как грызет себе локти Сорос, зная, что придется умереть и оставить свои миллиарды шакалам?
- Плевать мне на Сороса.
- Правильно: плевать. И на всех счастливых и несчастливых этого мира — тоже плевать. А на себя — не плевать. Ты жива, хочешь ты этого или не хочешь. Тебя швырнули на эту дорогу, независимо от твоего желания, она закончится там же, где и началась — в аду. И ты будешь страдать, идти, ползти или мчаться, гонясь за счастьем и увеличивая страдание — по кругу.
- Нет!
- «Нет» скажи дороге.
- Нет!
- Не позволяй ей втягивать себя в свою игру! Не иди по ней, не ползи с нищенским посохом, не мчись в «мерседесе» — уйди с дороги, замри в засаде и охоться на все, что идет, ползет или мчится. Стань охотником, установи свои правила игры — это единственный способ побеждать.
- Стоя на обочине?
- Сидя в засаде. Выжди — и бей, бей наверняка, ничего не оставляя случаю. Нейтральных нет. Есть охотники, и есть жертвы. Единственное, чего не может охотник — это прекратить охоту. А жертва не может ничего. В этот вечер учителю пришлось, в очередной раз, научиться кое-чему о самом себе. Он сидел в засаде — со стаканом кальвадоса в руке - и слушал, как шуршит снимаемая одежда за дверью ванной, куда удалилась ученица, чтобы смыть пот боевой и политической подготовки. Дверь оказалась приоткрытой, может быть — случайно, и он мог видеть в щели мелькание обнаженного тела, не будучи в состоянии определить, что именно видит. Кто на кого охотился? Он усмехнулся и отвел глаза, но уши продолжали прислушиваться, а воображение — монтировать кадры, в соответствии со звуковой дорожкой: вот она подняла колено, переступая через край ванны, вот она чуть нагнулась, регулируя краны, пошла вода, она подняла руки к груди — он попался. Он ухмыльнулся еще шире, вспомнив, как обучал Берту ментовскому удару коленом.
- Они знают, — говорил он. — Но все равно попадаются, потому что внимание рефлекторно переключается на грудь, а про яйца забывают. «Не забывай про яйца», — сказал он сам себе и ушел в свою спальню, забаррикадировавшись изнутри глухотой запертой двери.
Следующим утром действо проросло — звонком из Парижа.
- Я хочу приехать. Ты не против? — спросила бывшая жена и бывшая любовница.
- Не против. Но у меня женщина.
- О. - в трубке возникло молчание, затем смешок. — Ты времени не теряешь.
- Это не моя женщина. Она… крестница Тани.
- Тоже цыганская ведьма?
- А куда ты дела своего Владимира? Он уже не владеет твоим сердцем?
- К черту Владимира. У Эвелины проблемы.
Эвелина была тем единственным, что они нажили условно-совместно, она училась в частной школе в Арле.
- Какие проблемы?
- Те же, что и раньше. Я же не могу везти ее в Штаты — там она найдет то же самое.
- Приезжайте.
- Сегодня вечером. Я так понимаю, что ты не склонен встречать нас в аэропорту?
- "Ну"
- Ладно, не напрягайся, сами доберемся. Только пусть твоя цыганочка наденет трусы перед нашим приездом.
Он молчал.
- Пока, — сказала она, не дождавшись ответа.
- Пока.
- Сегодня вечером приедет моя бывшая жена с дочерью, — сказал он Берте за завтраком. — Жена — стерва. У девчонки проблемы с наркотой. Я прошу тебя, во-первых, не ввязывайся, во-вторых, постарайся сделать вид, что ты хорошая девочка.
Читать дальше