Стюарт Вудс - Перевертыши

— Сержант, меня зовут Элизабет Барвик. Я звоню по поводу убийства Рэймонда Фергюсона и его жены.

— Убийства? Вам известно что-то, чего не знаю я, мисс Барвик?

— Я уверена, что их убили.

— Важные сведения должны быть приняты во внимание первым делом. Можно мне записать ваш адрес и номер телефона?

— Я сейчас не в Атланте, и у меня здесь нет телефона. Пожалуйста, только внимательно выслушайте меня.

— Минутку, пожалуйста, — прикрыв рукой трубку, он переговорил еще с кем-то. — Хорошо, продолжайте, расскажите мне все, что вам известно.

В трубке раздался щелчок электронного записывающего устройства.

— Я считаю, что смерть мистера и миссис Фергюсон напрямую связана со смертью Эла Шейфера, которая произошла две недели тому назад.

— Адвоката Шейфера? Он был знаком с Фергюсонами?

— Он встречался с Рэем по моему делу. А до этого они не были знакомы друг с другом.

— Тогда почему вы думаете, что смерти Фергюсонов и Шейфера связаны?

У Лиз немного поубавилось решительности. Она знала, что собирается выдвинуть очень серьезное обвинение, и в случае, если она действительно сделает это, ей нельзя будет больше отступать назад. На линии снова послышался щелчок электронного устройства, явно свидетельствующий о том, что их разговор записывается на пленку. Лиз глубоко вздохнула:

— Эти два убийства имеют прямое ко мне отношение. Я уверена, что оба — дело рук моего бывшего мужа.

— А как зовут вашего бывшего мужа?

— Бэйкер Рэмси.

Воцарилось напряженное молчание.

— Вы имеете в виду игрока футбольной команды «Бобкэтс»?

— Именно его.

Теперь уже глубоко вздохнул следователь.

— Можете ли вы произнести свое имя?

Лиз ответила.

— Вы были замужем за Бэйкером Рэмси?

— Да, была. Наш развод состоялся меньше месяца назад. Эл Шейфер был моим адвокатом, а Рэй Фергюсон — редактором того издательства, где я работала. Он опубликовал сборник подготовленных мной фотоматериалов, а сейчас я опять работаю над новой серией фотографий для книги, которую он собирался издать.

— Почему вы думаете, что именно Рэмси убил этих людей и жену Фергюсона впридачу?

— Сержант, можно я начну свой рассказ с самого начала?

— Пожалуйста, рассказывайте, у меня масса свободного времени.

Лиз начала с той самой ночи, когда Рэмси чуть не убил ее, и назвала полицейскому точную дату этого события.

— Понятно, — наконец ответил Уильямс. — Вы стали жертвой семейной ссоры и пострадали от рук своего мужа, ну а зачем же ему понадобилось убивать Шейфера и Фергюсона?

— Я знаю, может быть, это звучит не очень правдоподобно, — пыталась объяснить она, — но Бэйкер абсолютно сумасшедший. Он вкалывает в себя такое количество стероидов, что способен на любое преступление. Посудите сами, в ту ночь, когда утонул Шейфер, Бэйкер находился в Лос-Анджелесе, так как на следующий день были назначены игры «Бобкэтс» с командой «Рэмс». Почему бы вам не навести справки о том, где находился Рэмси в ночь накануне смерти Фергюсонов? Даю вам голову на отсечение, что он наверняка был в Атланте.

— Но в Атланте в тот час находилось более полумиллиона других жителей, мисс Барвик. Но все равно я обещаю вам навести справки. Итак, как мне с вами созвониться?

— Это невозможно сделать.

— Будьте благоразумны, мисс Барвик. Если вы действительно уверены, что Рэмси убийца, и вы намерены оказать мне помощь в этом деле, я должен каким-то образом поддерживать с вами связь.

— Вы знаете теперь ровно столько, сколько знаю я. Мне нечего больше добавить к сказанному. Если хотите, я сама могу позвонить вскоре. Придется воспользоваться чужим телефоном.

Уильямс вздохнул.

— Хорошо, позвоните мне завтра в это же время, и мы посмотрим, чего мы добились.

— Хорошо. И… Сержант?

— Вы хотели еще что-то сказать?

— Очень важно, чтобы Бэйкер Рэмси не знал о нашем с вами разговоре. Я надеюсь, вы понимаете необходимость такой меры предосторожности? Однажды он чуть не убил меня. И мне бы не хотелось, чтобы он, взбесившись, снова совершил надо мною акт вандализма.

— Я понимаю вас, мисс Барвик. Я не стану сообщать ему о нашем с вами разговоре.

— Спасибо, я позвоню вам завтра.

Уильямс дал ей еще один номер своего служебного телефона.

Записав его, Лиз повесила трубку и склонила голову над рабочим столом Жермен, размышляя над тем, не показалась ли она следователю слишком истеричной. Она знала, что все это дело могло показаться невероятной выдумкой, но она всем своим нутром чувствовала, что именно Бэйкер совершил эти два убийства. Единственное, о чем она не догадывалась — это о причине этих убийств.