Стюарт Вудс - Перевертыши

— Спасибо. Меня зовут Ли, — тоже улыбнувшись, ответил следователь, радуясь возможности поговорить в такой непринужденной обстановке, в которой он даже посчитал излишним достать блокнот для записей. — Бэйк, вы находились в Лос-Анджелесе накануне футбольного матча с командой «Рэмс»?

— Правильно. Именно там я повредил свое колено.

— А игра состоялась в воскресенье?

— Опять угадали.

— Когда вы прибыли в Лос-Анджелес?

— В пятницу днем.

— Вы не припомните, чем вы занимались в субботу вечером?

— Конечно, помню. Я поужинал в своей комнате и рано лег спать.

— Вы были один?

Рэмси ухмыльнулся.

— Нет, со мной была молодая девушка. Она провела эту ночь со мной.

— Можно, узнать ее имя?

— Бренда. А фамилии ее я не знаю. Мы познакомились с ней в пятницу вечером в баре, ну и сами понимаете, немного подружились.

— У вас есть ее номер телефона?

— Боюсь, что нет. Она была так, потаскушка, понимаете, что я имею в виду?

— Где вы останавливались?

— В «Ле Парк», — по слогам произнес название гостиницы Рэмси. — Это люксовская гостиница, расположенная в районе Западного Голливуда. Наша команда всегда останавливается там.

— Может ли кто-нибудь подтвердить, что в тот вечер вы не выходили из своего номера?

— Думаю, что это может подтвердить официант, обслуживавший в тот вечер гостиничные номера. — Усиленно стараясь подтвердить свое алиби, Рэмси добавил: — Официант был единственным человеком, которого я видел в тот вечер.

— Хорошо, а где вы были во вторник вечером?

— Это очень простой вопрос. Я был в больнице Пьедмонт. Я прибыл туда в пять часов дня, а в семь часов утра следующего дня мое колено уже было прооперировано.

— Вы покидали больницу ночью?

— Нет. Как только ты попадаешь в больницу, тебя сразу же укладывают в постель.

— Вас посещал кто-нибудь в тот вечер?

— Сразу, как только я прибыл, меня осмотрел врач, а затем уже мною занялась дежурная сестра. Потом в восемь часов ее сменила другая дежурная, которая время от времени заходила в палату приглядывать за мной.

— Вы помните ее имя?

— Да, ее звали Мэри Элис Тэйлор. Прекрасная девушка.

— Бэйк, а вы знакомы с адвокатом по имени Эл Шейфер?

— Я встречался с ним только раз. Он был адвокатом моей жены во время нашего бракоразводного процесса.

— А после развода вы когда-нибудь виделись с ним?

— Ни разу.

— Вам известны имена Рэймонда и Элеоноры Фергюсон?

— Конечно. Рэй был редактором издательства, в котором работала моя бывшая жена.

— Вы хорошо знали его?

— Не так чтобы очень. Мы с моей бывшей женой ужинали как-то вместе с этой парой. Лиз знала его гораздо лучше, чем я. Он был хорошим парнем и мне очень нравился. Я с большой горечью воспринял весть о кончине супругов. — Слегка улыбнувшись, он добавил: — А вот Шейфера мне жаль меньше, так как он ввел меня в большие расходы.

Уильямс тоже улыбнулся в ответ.

— Все адвокаты одинаковы. Итак, вам не нравился Шейфер?

— Ну не так чтобы. Ведь в конце концов, он тоже выполнял свою работу. Я присутствовал на встрече с ним минут, может быть, десять — пятнадцать, после чего мы вместе с адвокатом команды вернулись в офис, где и подписали наше соглашение.

— Бракоразводный процесс прошел без каких-либо осложнений?

— Как я уже сказал, вся процедура заняла десять — пятнадцать минут. Мне не хотелось быть суровым по отношению к Лиз, и я предоставил ей свободу, о которой она меня просила.

— Где сейчас находится ваша бывшая жена?

— Понятия не имею. Я слышал, что сразу после развода она покинула город, сообщив одному нашему общему другу, что собирается в кругосветное путешествие. Ну и ради Бога.

Уильямс поднялся.

— Итак, кажется, я задал вам все интересовавшие меня вопросы. Спасибо за то, что вы смогли уделить мне немного своего времени. Благодарю вас, мистер Смит. — Он повернулся и направился к двери.

— Я вас провожу, — предложил Рэмси. — Старина Боб спешит вернуться к работе.

Смит недоуменно поднял брови, а Рэмси в ответ отрицательно покачал головой. Уильямс шел довольно медленно, чтобы Рэмси мог поспевать за ним.

— Именно ваше колено явилось причиной, что вас сейчас держат в списках запасных игроков? — спросил Уильямс.

— Но это только между нами.

— Конечно.

— Я снова вернусь на футбольное поле к началу полуфинальных игр. Команде надо, чтобы все думали, что я выбыл из строя до начала следующего года.

— Не волнуйтесь, я не собираюсь разглашать эту информацию спортивным комментаторам.