Алексей Синицын - Самоучитель Игры

– Да, Ваша честь, – на этот раз корреспондент ответил без промедления, окончательно смирившись со своим безнадёжным положением.

– Тогда следуйте сюда и подпишите договор.

Когда Ричард вписал своё имя в нужную графу и поставил подпись символическими красными чернилами, Председатель Высшего Совета Судий (маска, находившаяся в самом центре) поздравил его с Великим Посвящением и поручил Клеопатре провести новоиспечённого Игрока в «комнату жребия». Это там, где стоит сумасшедший «Jukebox», догадался он. Первый его купон оказался голубого достоинства…

Игровой зал Ричард примерно так себе и представлял. Он был похож одновременно на огромных размеров сцену оперного театра, на которой разворачивалось грандиозное массовое действо, и на крытый восточный базар, на котором странным образом торговались между собой участники ежегодного венецианского карнавала. Декоративные янычары, смуглые от грима индусы, опереточные джентльмены, до смешного галантные мушкетёры, не расстающиеся со своими чётками иезуиты, бравые молодящиеся драгуны и загрунтованные белой извёсткой гейши о чём-то переговаривались, смеялись, спорили, кучковались небольшими группами, сходились и расходились вновь. «Вавилонское столпотворение» – коротко заключил корреспондент об увиденном и затосковал ещё больше.

Клеопатра предусмотрительно вошла в зал чуть раньше, отдельно от Ричарда, и теперь он мог наблюдать как она, проходя между разноцветными островками маскарадных костюмов, легко приветствовала некоторых из игроков. «Очень скоро рядом со мной Вы увидите наших сообщников», – предупредила она и просила его издали внимательно наблюдать за ней. Корреспондент, стараясь не привлекать к себе ничьего внимания, притулился спиной к стенке в одном из тёмных уголков и старался не спускать с неё глаз. Но то и дело невольно отвлекался на разных особо колоритных персонажей в маскарадной толпе. И тогда приходилось снова отыскивать Клеопатру взглядом в этой расфуфыренном балагане.

– А Вы, очевидно, новенький, первый раз здесь? – весело спросил Ричарда немолодой «Адмирал Нельсон», отделившись из гомонящей пёстрой густоты и подходя к нему.

– А Вы, очевидно, хотите вызвать меня на поединок? – огрызнулся корреспондент.

По плану Клеопатры ему было всё равно с кем понижать своё «голубое» цветовое достоинство.

– Да, Вы, молодой человек, петушок! – рассмеялся Нельсон. – Ну, что ж, пожалуй, настоящих дуэлянтов здесь и в самом деле не так много. Что-то мне подсказывает, что Вас зафрахтовала женщина! – адмирал понимающе улыбнулся, а его единственный мутный глаз при этом хитро сощурился.

– Фрахтуют торговые шхуны, которые Вы не без успеха грабите. А за меня поручились своей честью и репутацией!

Если бы у Ричарда была шпага…

– О! Сразу видно благородного человека, – предводитель пиратов чуть поднял обе руки вверх, давая понять, что сражён уже одним благородством своего сухопутного «современника». – Я не намерен с Вами драться, но право вызова, если угодно, остаётся за Вами.

Нельсон ещё несколько секунд постоял, ожидая, что скажет Ричард, но поскольку тот промолчал, удалился, напоследок галантно и с достоинством поклонившись. «Скажите, пожалуйста, какая куртуазность!» – глядя в подзорную трубу, сложенную из пальцев вслед прихрамывающему адмиралу, думал американец. Ему вдруг отчего-то стало весело.

Вовремя спохватившись, он снова начал из своего, как оказалось, не слишком-то надёжного укрытия высматривать Клеопатру. Вскоре он заметил её недалеко от себя, стоящую в окружении трёх мужчин. Один представлял собой голого по пояс атлетически сложенного «чёрного раба», закованного в декоративные кандалы. Другой, судя по всему, был испанским конкистадором, если не самим капитаном Кортесом. А третий, очевидно, старался выглядеть каким-то древним халдейским звездочётом. Но Ричард нашёл его костюм, расшитый серебристыми звёздами, не слишком убедительным.

Судя по тому, что Клеопатра немного нервничала, то и дело поворачивая свою хорошенькую головку в разные стороны от своих собеседников, она его потеряла. «Пора выдвигаться из своего тёмного угла, – решил корреспондент, – и присоединиться к компании заговорщиков».

– Это тот человек, о котором я вам говорила, – неопределённо представила его Клеопатра.

Все трое в ответ утвердительно кивнули.

– Думаю, теперь не стоит медлить со «всплытием», – заключила она.

В результате Клеопатра в раскладе оказалась всего лишь «оранжевой». Чёрный раб – «красным». Но зато у конкистадора и звездочёта на руках оказались синие купоны. Ричард прекрасно помнил, что понижение цветового достоинства с голубого до красного может произойти только в результате двух подряд отказов от поединка. Сначала «голубой» становился «оранжевым», а уж только потом «красным». Первый вызов ему сделал звездочёт.