Алексей Синицын - Самоучитель Игры

Мы проговорили весь вечер, он много расспрашивал обо мне и охотно рассказывал о своей жизни: о том, как стал миссионером в Канзасе, о том, как чуть не женился на девушке из низшей касты в Индии и о своём служении теперь в Китае. «Но, – пожаловался пастор, – дела здесь идут не слишком-то хорошо». Я поинтересовался, что он имеет в виду. «Видишь ли, – вздохнул этот благородный человек, – всю неделю с утра до вечера я хожу по улицам Шанхая, неся местным жителям Слово Божье, а потом приглашаю их придти в воскресенье сюда, в миссионерский центр попить чаю, побеседовать в непринуждённой обстановке, послушать проповедь». «И что, не приходят, – поинтересовался я?» «Приходят, – отозвался пастор, но понимаешь как. В один воскресный день может придти 10 человек, в другой – 40, в третий – 20, а потом вообще только 5. Это не община! Это чёрт знает что, прости Господи, – в сердцах воскликнул он. – И я совершенно не знаю, к чему мне готовиться в предстоящее воскресенье». Мой благодетель выглядел растерянным.

Я ещё тогда интуитивно догадался, что этот честный, добрый и ответственный человек не выигрывал просто потому, что не играл! Он слишком серьёзно относился к своей миссии и думал, что этой «серьёзностью» автоматически заразятся все его прихожане. Между тем, каждый китайский учитель ци-гуна скажет вам, что любые упражнения нужно выполнять сосредоточенно, но без излишнего старания, с едва уловимой небрежностью, играючи. Но никогда нельзя легкомысленно относиться к Игре, игнорировать или недооценивать её значения!

Набравшись наглости, я спокойно сказал ему: «Хотите, я помогу Вам создать небольшую, но крепкую, а главное всё время разрастающуюся общину?». Изумлению пастора не было предела, он посмотрел на меня, как на крокодила, взявшегося доказать Великую теорему Ферма. Безработный, нищий провинциал, приехавший в Шанхай три дня назад, не занимавшийся никогда миссионерской деятельностью, самоуверенно заявлял, что может помочь ему создать то, что он (он!) не мог создать три года! Но это был воспитанный и деликатный человек, и поэтому, скорее, из вежливости согласился на моё предложение о помощи.

Честно говоря, я тоже точно не знал, как именно мне удастся помочь ему. Но я почему-то был абсолютно уверен, что смогу это сделать. Наконец, мне пришла в голову одна разумная идея. Денег у меня было совсем немного, но я решил потратить почти всё, что у меня имелось на библиотеку. Купив абонемент в центральную библиотеку Шанхая, я погрузился в раздел статистики, точнее начал просматривать почти все подряд имеющиеся там статистические данные. И вот, что мне удалось выяснить.

77,3 % подписчиков «The Times» являлись постоянными членами тех, или иных клубов по интересам. 79,2 % любителей бокса регулярно могли встретить друг друга на футбольных стадионах Метрополии, а 78,8 % футбольных болельщиков и любителей бокса были завсегдатаями пивных пабов. 75,8 % женщин Лондона, открыто выступающих за равенство прав с мужчинами, участвовали в демонстрациях в поддержку Североамериканских Соединённых Штатов в период гражданской войны Севера и Юга. 73 % любителей виски хотя бы раз в неделю посещали кофейни. 78,4 % вегетарианцев занимались или занимаются индийской йогой. 76,2 % филателистов совмещают коллекционирование марок с коллекционированием чего-то ещё. (Конкретно, 53 % филателистов коллекционируют дополнительно старинные монеты и денежные знаки). 72,5 % представителей шанхайского общества любителей зелёного чая не относят себя ни к одной из религиозных конфессий. 74,4 % людей, перебравшихся за последние три года из деревенских провинций в города Китая, не состоят ни в каком организованном сообществе. Вот оно! (в этом месте была пометка Ляо: если переводить дословно – «Журавль в руке!»).

Похоже, я нашёл то, что искал. Оказалось, существуют смежные группы людей, пересекающиеся в одних и тех же местах по причинам взаимного притяжения, о которых они даже не подозревают! Нельзя, конечно, сказать, что причиной того, что некоторые британцы регулярно встречались в лондонских клубах, являлась их устойчивая приверженность к «The Times». Однако незримая связь между этими людьми, безусловно, существовала. Мой вывод показался мне настолько же фантастическим, насколько верным: члены некоторых устойчивых групп не имели ни малейшего представления о своём членстве в данных группах. Ещё я заметил, что процент таких пересечений во всех смежных группах колеблется в совсем небольшом диапазоне: всего 5–6%. Мне пришло на ум два возможных объяснения данного феномена. Либо определённая группа сохраняла свою устойчивость по внутренним причинам сплочённости, а не по основным видимым мотивам своей организации. Как это происходило, скорее всего, в случае любителей футбола, бокса и пива. Либо у отдельных людей существовали психологически смежные интересы и предпочтения, в соответствии с которыми они оказывались в смежных группах, как, например, вегетарианцы и те, кто занимались или занимаются йогой.