Бервин не сумела искренне и убедительно нарисовать Мэй, потому что успела проникнуть ей в душу, понять ее характер, но не нашла сил выразить на полотне правду. И в то же время не могла убедительно солгать.
Бервин захотела избавиться от меня. Сегодня утром она услышала, что вы, Макс, разговариваете по частной линии: в студии стоят оба дополнительных аппарата. Решила, что на некоторое время путь свободен, и организовала ложный звонок по городской линии. Когда Уэнди сняла трубку в гостиной, Бервин подняла свою и, изменив голос, попросила о помощи, а затем вызвалась сходить к Изе, хотя знала, что миссию спасения я возьму на себя. Видит Бог, Бервин отлично понимает людей. И от этого становится еще опаснее.
– Ты и сама действовала опасно, – заметил Макс. – Рассказала о возвратных звонках. Заявила, что знаешь, кто убил Мэй. Добавила, что пока не успела поговорить с полицейскими, и сразу после этого из машины Ангуса позвонила детективу Тоби. Одна направилась к бассейну, понимая, что Бервин увидит тебя из окна студии. В общем, сделала все, чтобы она попыталась тебя убить. Устроила самую настоящую провокацию.
– Выбор остается всегда, – пожала плечами Берди и, вспомнив безжалостно толкавшую ее под воду сильную руку, вздрогнула.
– А я-то приняла слова о возвратных звонках на свой счет, – призналась Иза. – Считала, что ты подозреваешь меня. Якобы в пятницу, когда мы с тобой выпивали у меня дома, я организовала этот самый звонок и, пока ты думала, что я разговариваю по телефону, выбежала в сад, встретила там Мэй и убила. К тому же звонившая женщина не оставила своего номера. Я даже не могла вспомнить, как ее зовут! Ужасно испугалась. Решила, что еще немного – и предстану перед судом. Месть за гибель Отелло – чем не мотив? Только представьте после этого рекламу «Спрингдейла»: «“Спрингдейл” – маргарин для убийц! Спросите тетушку Дору!»
– Ну а я решила, будто ты подозреваешь меня, – прошептала Уэнди со слезами на глазах. – Честное слово. Вообразила, что ты считаешь меня убийцей, потому что я хотела… остаться с папой, вот и пыталась покалечить его, чтобы нуждался во мне. Видела в одном фильме…
– Никогда не думала ничего подобного, – заявила Берди. – И об Изе тоже не думала, и о Дугласе. Из-за изумрудов.
Все посмотрели на нее с недоумением, и лишь Макс улыбнулся и уточнил:
– Не верила, что кто-либо из нас способен выбросить драгоценности. Такие прелестные вещицы – в мусорный бак? Да мы бы скорее умерли. Так ведь, Берди?
Она покачала головой. Напрасно упомянула об украшениях. Надо было придумать иное объяснение. Уэнди наверняка почувствует себя оскорбленной.
– Таким образом, осталась только Бервин. – Макс посмотрел на темнеющее небо.
«Бервин и вы, Макс», – мысленно произнесла Берди, встретившись взглядом с отцом, – оба они покосились на Дэна Тоби. Подобная мысль никогда не придет Максу в голову, а они не скажут. Но существовал и еще один сценарий, вероятность которого захлестнула Берди черной волной, когда сегодня днем, страдая от жары и духоты, она поднималась по лестнице к дому. Давным-давно, в самом начале печальной истории, когда тело еще не было найдено – хотя и прошло-то всего два дня, – Тоби предполагал иную причину исчезновения Мэй: подозревал в ней коварную злоумышленницу, в Уоррене Дейли – ее сообщника, а в Максе Талли видел жертву обмана.
А если это правда? Если Макс раскрыл преступный замысел? Незаметно выскользнул из кабинета, записав свою программу на автоответчик, чтобы та попала в редакцию в обычное время и ни минутой позже? Если собственными глазами увидел, как Мэй, прихватив изумруды, подобно тени пробралась в сад в ожидании сообщника? Он бы сразу сообразил, что она ждет сигнала, чтобы открыть калитку и исчезнуть. А если Макс наблюдал, как невеста нетерпеливо посматривала на часы, нервно шагая среди деревьев, потому что Уоррен Дейли опаздывал? А в это самое время Уоррен Дейли, вместо того чтобы прийти за женой, талантливо исполнившей порученную роль, напился и отправился на пляж, где предстал перед Джулией Биллингс в непотребном виде.
А если Макс не думал об убийстве, а хотел лишь поймать обманщицу с поличным? Но если разговор пошел не так… она осмеяла благодетеля… и Макс понял, что та, в ком он искал спасения, предала его, то мог вцепиться в кожаный ободок на шее и дернуть. Убить. А потом, сгорая от раскаяния и страха, подстроить эпизод с веткой и падением, чтобы таким способом отвести от себя подозрение.
Читать дальше
Конец ознакомительного отрывка
Купить книгу