Дэвид Сэперштейн - Кокон

В отличии от Берни Льюиса, Ал Бергер был сосредоточен на самом себе. Он приехал в Америку в 1932 году еще мальчишкой ему пришлось пробиваться сквозь Великую депрессию. Он всю жизнь помнил их нищенское, полуголодное существование. В нем глубоко сидели шрамы от нанесенных отцом душевных травм, связанных с его страхами, что семья будет голодать. Когда в дверь стучали сборщики платежей, по счетам, Ал видел, как его отец, не имея денег, прячется в подвале, видел, как гордый человек, Бенджамин Бергер, превращается в ничто. Он поклялся, что никогда не будет жить таким образом.

И вот, когда «Бернал» не смогла оплатить либо свои банковские счета, либо выдать зарплату работающим, Ал Бергер, «мистер Внутренние дела фирмы», взвалил всю вину за эту неудачу на свои плечи. Ал не видел выхода из их затруднительного положения. В солнечное летнее утро в понедельник очень рано пришел в свой кабинет, аккуратно разложил все имеющиеся на письменном столе бумаги, сел к машинке и напечатал письмо своему компаньону, затем Альберт Бергер, добрейший иммигрант из Польши, родившийся в Варшаве, при помощи рычага вскрыл дверь шахты лифта, аккуратно спрятал инструмент, которым он при этом воспользовался, а затем прыгнул в шахту, приземлившись на крышу лифта пятнадцатью этажами ниже.

Берни пришлось опознать тело. Оно провалилось сквозь крышу кабины лифта, и острый край врезался в тело. Лифт был полон крови.

Прочитав письмо, Берни понял, что Ал покончил с собой, чтобы спасти дело, так как у них страховки жизни один у другого. Он пояснил в письме, что предпримет все, чтобы это походило на несчастный случай и даже советовал, чтобы Берни предъявил иск владельцам здания, а также пожелал ему купить мельницу, владеть которой они всегда мечтали.

Берни уничтожил письмо. Он последовал инструкциям Ала и приобрел мельницу. Она находилась в тихой сельской местности на востоке Пенсильвании. Назвали ее Мельницей Берга. Вдова и семья Ала были постоянными компаньонами фирмы.

Вечером после самоубийства, Берни, вернувшись домой, рассказал Розе про Аушвиц. Он плакал, горько жаловался, колотил кулаками по стенам. Роза знала, что плачет он по Алу Бергеру, но молчала. С этого дня, если касались в разговоре Ала Бергера, у Берни Льюиса был только один ответ:

— Я не хочу говорить об этом! — и не говорил никогда. Только зрелище крови вернуло Ала Бергера из прошлого и заставило вспомнить все, до мельчайших подробностей.

— Давайте прекратим пустую болтовню. — Арт Перлман сел с серьезным видом. — Этот наш клуб здоровья, на самом деле вовсе не клуб здоровья. Это Богом проклятый источник Юности и госпиталь Маунт Синай, объединенные в одно целое.

Бен Грин слушал вполуха, следя за другим движением мысли. Потом он выпалил:

— Я себя чувствую, как в научно-фантастическом кинофильме.

Джо Финли засмеялся.

— Мы там и есть, приятели… Мы там!

Они уставились на него и потребовали объяснений.

— Я артист, поэтому знаю о кинофильмах. То, что произошло с нами, вообще невозможно. Но в кинофильмах невозможное всегда происходит. Это место… эта комната в строении «Б» — не… человеческая.

— Откуда ты это знаешь? — спросил Бен.

— Факты. Вот они. Моя лейкемия прошла. У Арта растут волосы. Все мы можем проплыть бассейн двадцать раз подряд. Берни ранит себя, и порез заживает через минуту. Мы все бегаем взад и вперед, как юные студенты и, занимаясь любовью с женами, готовы довести их до потери сознания. Мы читаем мысли и думы друг друга. Мы можем вводить наши мысли в мозги других людей.

Они все увлеченно слушали, как Джо Финли отбарабанивает им их приобретенные способности.

— Теперь я Вам скажу о необычных вещах.

— А это недостаточно необычно для тебя? — спросил Берни.

— Слушайте, — сказал Джо, заставив Берни замолчать. — вы помните, я вам рассказывал что четыре раза переплыл бассейн под водой не останавливаясь и не дыша? В этой истории есть еще кое-что. Я раньше не мог себя заставить рассказать вам. Когда я был под водой, у меня появилось ощущение, будто я в океане. Я видел дно и был не один. Подо мною плавали другие. Они были глубоко внизу, но я их видел. На них не было скафандров. Казалось, что они вытягивают контейнеры или трубы из-под каменных глыб.

— Нет, не контейнеры и не трубы, Джо. Это были тела. — вмешательство Бена Грина шокировало Джо.

— Тела? Откуда ты знаешь?

— Потому что я видел ту же самую дьявольскую штуку два дня назад, когда плавал. Я решил попробовать повторить твой подводный подвиг. Было обеденное время, и бассейн был пуст. Я оставался под водой пятнадцать минут. Я видел тоже самое. Они извлекали тела. Я думал, что это галлюцинация.