— Не беспокойтесь. Мой отец сейчас должен быть дома. И вообще все будет вполне прилично.
Марлоу невольно улыбнулся и повернулся к женщине. Он только сейчас уловил ее легкий акцент и странную и старомодную манеру речи. Внезапно почувствовал симпатию и доверие к ней. Он снова улыбнулся, доставая из кармана пачку сигарет и протягивая ей.
— Вы ведь не англичанка, верно?
Та ответила тоже улыбкой, одновременно легким жестом отказываясь от сигареты.
— Да, я из Португалии. А как вы догадались? Я так горжусь своим английским произношением.
Марлоу поспешил успокоить ее.
— Дело вовсе не в вашем акценте. Но есть причина, почему вы все же не выглядите англичанкой.
Ее улыбка стала еще шире.
— Не знаю, что вы имеете в виду, но я воспринимаю ваши слова как комплимент. Меня зовут Мария Магеллан.
Она протянула ему руку. Марлоу, чуть поколебавшись, пожал ее.
— Хью Марлоу.
— Ну вот, теперь мы знакомы, и все получилось вполне респектабельно. Так идемте?
Он задержался всего на какой-то момент и последовал за нею вниз по ступеням. Когда женщина проходила через ворота впереди Марлоу, он заметил, что она была невысокая и полненькая, что типично для южных женщин, и что по английским стандартам бедра у нее были великоваты.
Они шли по тротуару бок о бок, и Марлоу исподтишка разглядывал ее. У женщины было нежно очерченное лицо с безупречной кожей. Брови и выбившиеся из-под накинутого шарфа волосы были угольно-черными. Ярко-красные губы несколько полноваты, что говорило о ее чувственности.
Она вдруг неожиданно повернула голову в его сторону, увидела, что он пристально смотрит на нее, и вновь улыбнулась.
— А вы очень крупный мужчина, мистер Марлоу. Какой у вас рост?
Марлоу пожал плечами:
— Не знаю точно. Наверное, футов шесть и еще дюйма три, я думаю.
Она кивнула, и ее глаза пробежались по его внушительной фигуре.
— А какую работу вы ищете?
Марлоу снова пожал плечами.
— Да любую, которую смогу найти, но лучше всего я умею шоферить.
В ее глазах сверкнули искорки интереса.
— А какие машины вы умеете водить?
— Разные, — ответил он. — Справлюсь со всем, что на колесах. Я водил разные машины, начиная от легких фургончиков до транспортеров, на которых перевозят танки.
— Да? Так, значит, вы служили в армии? — спросила она со все возрастающим интересом.
Марлоу выплюнул сигарету в переполненную дождевой водой сточную канаву.
— Да, можно сказать, что я был в армии, — признался он довольно безразлично.
Казалось, спутница почувствовала перемену в его настроении и замолкла. Марлоу теперь молча шел рядом, думая, не находя предмета для дальнейшего разговора. Они свернули в узкий переулок и подошли к открытым настежь решетчатым воротам.
— Ну, вот мы и пришли, — сказала Мария, останавливаясь.
Покрытая гравием подъездная дорожка тонула в тумане, и Марлоу рассмотрел в глубине смутные очертания дома.
— Какой большой дом, — заметил Марлоу.
Мария кивнула.
— Раньше это была фермерская усадьба. Теперь при ней всего несколько акров земли. Мы держим здесь огород и сад.
— Такая погода не слишком хороша для них.
— Мы уже сняли яблоки на прошлой неделе, а все остальное у нас в теплицах, — объяснила Мария.
Порыв ветра немного разогнал туман, и дом стал виден отчетливее. Это было старое, серого цвета каменное строение, крепко вросшее в землю и сильно пострадавшее от времени. На одной стороне двора расположились хозяйственные постройки, на другой — амбар под красной крышей.
Перед входной дверью находилось застекленное крыльцо. У входа стоял небольшой желтый автофургон, на борту которого черными аккуратными буквами была выведена надпись: «ОБЪЕДИНЕННАЯ ТОРГОВАЯ КОРПОРАЦИЯ „БЕДФОРД“. Мария Магеллан не торопилась входить, на лице у нее появилось выражение, напоминавшее страх. Потом она рывком бросилась вперед и скрылась в доме.
Марлоу медленно последовал за ней. Слегка пригнувшись под низкой притолокой двери, он оказался в широкой, выложенной камнем прихожей. Женщина стояла у одной из дверей, откуда слышались чьи-то рассерженные голоса. Она распахнула дверь и вошла в комнату; Марлоу остался ждать в прихожей, засунув руки в карманы и наблюдая за происходящим.
В комнате по обе стороны стола стояли друг против друга двое мужчин. Один из них был уже пожилым человеком с седеющими волосами и белыми усами, отчетливо выделявшимися на его смуглом лице цвета старой кожи.
Читать дальше