Б. Седов - Рок

- Ладно, ладно, - отмахнулся Крокодил, - ты главный, ты и решаешь. Только, кроме личного, есть еще и, так сказать, общественное. И если не ты его грохнешь, а он тебя, кто тогда будет делами заниматься? Не по понятиям это.

- Что-о? - Геринг выпучил глаза и побагровел. - Что ты сказал? Не по понятиям, говоришь?

Он прищурился так, что глаза у него стали похожи на узкие щелочки, прорезанные в красном сале, и змеиным шепотом поинтересовался:

- Так ты по понятиям соскучился? Интересно… А может быть, отправить тебя обратно в совок, чтобы ты там с уркаганами всю оставшуюся жизнь на понятиях провел? Может быть, ты снова хочешь на зоне с грязными паханами вошкаться? Или на воле с ментами погаными миловаться? Чтобы авторитеты гнилые приняли тебя в свою дружную семейку? Хочешь? Устрою. Бля буду, устрою. Вот еще раз услышу от тебя про понятия - так и сделаю. Отправлю на хрен обратно, и все.

Геринг был толстым и апоплексичным и совершенно не походил на жестокого и безжалостного человека. Но на самом деле он был гораздо опаснее, чем худой и страшный с виду Крокодил, которому было бы в самый раз сниматься в гангстерских боевиках. Крокодил это знал, поэтому молча проглотил гневную тираду Геринга и только стал активнее мусолить спичку.

- Выброси спичку, - приказал Геринг, - видеть не могу, как ты жрешь деревяшки с утра до вечера, как какой-нибудь бобер!

- Ну ты же видишь, какие у меня зубы, - возразил Крокодил, однако спичку выбросил, - если я не буду что-нибудь грызть, у меня рот закрываться перестанет.

Геринг криво ухмыльнулся и ничего не сказал. Гроза миновала, и Крокодил облегченно вздохнул. Малюта, сидевший за рулем, вдруг сбросил газ и, внимательно глядя куда-то в сторону, пробормотал:

- Ну-ка, ну-ка… Интересненько… «Мерседес» катился по инерции, а Малюта все смотрел в зеркало, и на его лице отражалась напряженная работа мысли. Заинтригованные Геринг с Крокодилом тоже обернулись, но не увидели ничего особенного, кроме большой автостоянки с заправкой и «Макдоналдсом».

- Ну и что ты там увидел? - сварливо поинтересовался Геринг.

- Сейчас расскажу, - ответил Малюта и решительно свернул с дороги.

Ехавшие следом три новеньких «Форда», набитые готовой на все братвой, повторили его маневр и тоже остановились на широкой ровной обочине.

Малюта повернулся к Герингу и сказал:

- Два месяца назад я ездил в Нью-Йорк по общим делам и встречался там с людьми Алекса. Только что я видел на стоянке двух из них - Петруху и Малого. Я их хорошо запомнил. И если тот одноглазый тип, который был вместе с ними, не Знахарь - я готов съесть твои штаны. Я отвечаю, Геринг.

Геринг резко обернулся в сторону стоянки, но ничего не увидел.

- Точно там был Знахарь? - спросил он, подавшись к Малюте всем своим грузным телом.

- Больше некому, - уверенно ответил Малюта, - и к бабке не ходи.

- Ну что же, - сказал Геринг, нервно потирая друг о друга толстые ладони, - значит, теперь в Гринвидж тащиться не надо.

Он посмотрел на Крокодила и сказал:

- Выйди к братве и скажи, что все меняется. Будем валить его прямо здесь. Но помни - вы занимаетесь людьми Знахаря, а его самого оставьте мне. Понял?

Крокодил молча кивнул и, открыв дверь, вылез из машины.

Солнце уже поднялось над горизонтом на высоту двойного чизбургера и оранжевым огнем отражалось в дымчатых стеклянных стенах «Макдоналдса».

В начале шестого утра в круглосуточных харчевнях обычно бывает пусто. «Макдоналдс», стоявший на дороге номер сорок четыре, в пятнадцати милях от Ричмонда, не был исключением из этого простого правила. Поэтому, когда в пустой стеклянный павильон, потягиваясь и разминаясь, вошли тринадцать крепких молодых мужиков недоброго вида, а один их них был еще и с пиратской повязкой на глазу, девушка за кассой, она же - на раздаче, слегка напряглась. Увидев это, Знахарь улыбнулся и, подойдя к ней, сказал:

- Расслабьтесь, мисс, это - не ограбление. Мы просто хотим есть и платим наличными. Заказ будет крупным - посмотрите, какие мальчики.

Девушка посмотрела на мальчиков и криво улыбнулась.

Кроме нее, по случаю ночной смены в ресторане было всего лишь два человека - повар и уборщик. На заправке скучали еще двое, а больше в радиусе пяти миль не было никого, так что если бы Знахарь на самом деле решил организовать ограбление, его бы ждал полный триумф.

Первым к стойке подошел Злодей и, улыбнувшись девушке с высоты двух метров, скромно заказал четыре двойных королевских и три больших картошки. При этом он вертел в пальцах полтинник. Увидев в руке страшного громилы деньги, а на его лице непритворное чувство голода, девушка облегченно улыбнулась и стала нажимать кнопки на кассе. Повар за загородкой засуетился, загремел железной посудой, и по залу разнесся запах жареного фарша. Уборщик в это время спал на стуле, подперев голову шваброй, рукоятку которой он собственноручно укоротил до того самого размера, который позволял спать сидя.