Б. Седов - Рок

- Записку оставил?

- Оставил. Все путем.

Водитель кивнул, и через несколько минут открытая машина, которых в Майами полно, затерялась в лабиринте улиц среди таких же кабриолетов, в которых сидели радостные американцы, не подозревавшие о том, что только что в их городе произошло очередное убийство.

Тучи над океаном сгущались, и с воды потянуло прохладным ветерком.

Наверное, собирался дождь.

На столе в кабинете хозяина ресторана «Чичако» Коли Геринга стояли два телефонных аппарата - белый и черный.

Номер белого был заявлен в рекламных проспектах и являлся официальным телефонным номером ресторана, по которому заинтересованные лица могли узнать о наличии свободных мест, заказать столик или поинтересоваться относительно меню.

Черный же использовался исключительно для связи с братками.

Когда раздался телефонный звонок, Геринг, сопя, вгрызался в жирную куриную ногу, запеченную в грузинском соусе. Покосившись на прервавший его трапезу черный телефон, Коля сипло вздохнул, вытер руки салфеткой, бросил ее на стол и грузно повернулся в кресле. Сняв трубку, он, не переставая жевать, недовольно спросил:

- Ну?

- Коля? Это я, Крокодил.

- Привет. Чего тебе?

- Тут такое дело… В общем…

- Слушай, ты мне жрать мешаешь! - возмутился Геринг. - Давай или говори, или вешай трубку.

- Пончика убили. Сережу, то есть.

- Сережу… То есть как это - убили?

- Обычно, ножом убили. Пять ножевых ран. Труп был обнаружен между домами недалеко от набережной, лежал на куче мусора.

- Откуда сведения?

- Мне позвонил Майк Хайдеггер, ну, этот черный полицейский, которого мы прикормили, и сообщил, что у них объявили об этом убийстве.

- Но кто мог? Ведь Сережа и пальцем никого, и к нашим делам никак…

- А самое главное, - перебил Геринга Крокодил, - у него под рубашкой нашли записку.

- Какую еще записку?

- Обычную, бумажную. И в ней написано - «Привет от Знахаря».

- Что-о? - взревел Геринг и вскочил с кресла, опрокинув стол. - От Знахаря?

- Да, от Знахаря.

- Блядь! От Знахаря… Так, быстро ко мне. И всех наших собери. Мигом, мухой, одна нога здесь…

- Понял, - ответил Крокодил и повесил трубку.

- От Знахаря… От Знахаря, - бормотал ничего не понимающий Геринг, - но как же так? Ведь Сережа совсем ничего…

Геринг посмотрел на трубку, которую он все еще держал в руке, потом швырнул ее на пол и стал с остервенением топтать, выкрикивая:

- Ну, блядь, Знахарь! Ну, гнида! Прав был Крендель насчет этого Знахаря… Сука! Блядь! Ну все. Кранты тебе, пидар одноглазый. Все. Я тебя достану, петух залетный. Ой, достану!

Он пыхтел и брызгал слюной до тех пор, пока трубка не превратилась в кучку раздавленной пластмассы и цветных проводков. В это время открылась дверь и в кабинет просунулся привлеченный шумом Малюта. Геринг посмотрел на него безумными глазами, потом шумно выдохнул и сказал:

- Закрыть ресторан. Если есть посетители - выгнать на хуй. На дверь - табличку «закрыто». Быстро!

Малюта кивнул и исчез.

Геринг рухнул в кресло и, тяжело отдуваясь, пробормотал:

- Ну, Знахарь! Ты у меня кровью умоешься, бля буду.

Было пять часов утра, и далекий океанский горизонт уже начал наливаться розовым цветом, говорящим о том, что там, вдали, в прохладном голубом небе скоро покажется край огромного огненного шара.

- Вот и Ричмонд проехали, - сказал Знахарь и зевнул. - Долго еще?

- Миль шестьсот, - ответил Костя. - Это примерно тысяча километров, а по времени - часов восемь.

- Я уже всю задницу отсидел, - пожаловался Знахарь и опустил стекло.

В салон микроавтобуса «Додж» ворвался свежий ветерок.

Знахарь взял рацию и, нажав кнопку, спросил:

- Ну как вы там, не уснули еще?

В рации раздался шорох, затем щелчок и бодрый голос Петрухи ответил:

- Ни в коем случае. Мы тут как огурчики. Разве что Малой уснул. Я в зеркало смотрю, а его телега едет как-то странно.

Рация зашипела, и голос Малого возмущенно произнес:

- Это кто тут тебе уснул? Просто Колян разлил «кока-колу» и теперь ползает под ногами, вытирает.

По хайвэю, повторявшему береговую линию Атлантического океана, мчалась небольшая колонна машин. Впереди, в «Додже», ехали Знахарь с Костей и двое крепких ребят. За ними следовал «Линкольн», в котором сидели четверо, а замыкал колонну натуральный «Лендровер», более подходящий для поездок по бездорожью Африки. В «Лендровере» ехали еще пятеро бывших гвардейцев Алекса. Все сопровождавшие Знахаря люди, не считая, конечно, Кости, раньше принадлежали к нью-йоркской группировке, которой руководил Алекс, а после его смерти они, не сомневаясь ни минуты, перешли под начало Знахаря. Он имел беседу с каждым из них и объяснил некоторые вещи, о которых они прежде и не догадывались. Например, что гнуть пальцы - неприлично, а в слове «звонит» ударение ставится на букву «и».