Б. Седов - Валет Бубен

Она помолчала, а потом неожиданно сказала:

– А знаешь, тебе идет эта повязка. С ней ты стал похож на пирата.

– Сам знаю. Мне предлагали стеклянный глаз вставить, но я отказался. Он выглядит так, будто на тебя жопа смотрит.

Наташа засмеялась, а я, наконец, спросил:

– Так что там у тебя за важные новости, о которых даже я сам не знаю?

Наташа посмотрела на меня и ответила вопросом:

– Костя, а ты не хотел бы, например, душ принять?

При этом она многозначительно улыбнулась. Я ухмыльнулся и ответил:

– В общем, я не прочь, но только после того, как мы с тобой закончим всю деловую часть моего визита. А то может получиться так, что ты забудешь о чем-нибудь важном. Не хотелось бы.

– Ладно, кремень несчастный, слушай.

Она взяла из голубой пачки сигарету «Парламент», закурила и, откинувшись на спинку кресла, заявила:

– Ямогу с полной уверенностью сказать тебе, что у тебя большие проблемы. Не те, о которых ты и без меня знаешь, а совершенно другие.

Затянувшись, она стряхнула пепел в морскую раковину и продолжила:

– Сведения эти у меня из управления. А именно – от генерала Губанова. Он знает, что ты жив-здоров и что у тебя все еще остались камни. Успокойся – о тебе он узнал не от меня. Есть и другие источники.

В криминальной среде достаточно осведомителей, которые держат нас в курсе дела. Так что и о тебе многое известно. А также и о многих других, в том числе, об известном тебе Дяде Паше, а также и о твоей коронации.

– Ого, я вижу, вы там хлеб даром не едите!

– Да уж стараемся. Так вот, наблюдая за Губановым, я поняла, что с некоторого времени ты его интересуешь исключительно как владелец несметных сокровищ. И он хочет эти сокровища прибрать к рукам.

– Ах он сука жадная! – не выдержал я. – А про то, чем это закончилось для Арцыбашева, он помнит?

– А как же! Конечно, помнит и старается учитывать его ошибки. Но я, как увидела его лицо во время одного из наших с ним разговоров, так сразу поняла, что он поехал по тем же рельсам, что и Арцы-башев. Он окончательно плюнул на интересы Конторы и теперь спит и видит, как загребает твои камушки в свои карманы.

– Ну, об этом я догадывался, – сказал я, – только не знал, что это приняло такую явную форму.

– Да ничего особенного в этом нет. Но есть и другая информация для тебя. Твоя коронация – фикция. Тебя сделали вором в законе только для того, чтобы ты раскошелился. Как только все твои камни окажутся здесь, тебя призовут за что-нибудь к ответу и убьют. Или убьют просто так, без всяких объяснений, как Стилета. И Дядя Паша – не последний человек в этой разработке.

– Но как же… – удивился я, – ведь, насколько мне известно, именно Дядя Паша поспособствовал тому, чтобы Стилет отправился в лучший мир!

– А откуда ты знаешь? – спросила Наташа, и было видно, что теперь удивилась она.

– А оттуда, что это именно я говорил с Дядей Пашей о том, что Стилета пора убирать. Думаешь, зачем я ездил в Нижний Тагил? И имей в виду, я открываю тебе, как это у вас принято говорить, закрытую информацию.

– Интересно… – сказала Наташа, закурила новую сигарету и, прищурившись, уставилась куда-то в угол.

Я не мешал ей думать. Мне и самому нужно было переварить услышанное. Все это можно было предвидеть, я, собственно, в своих размышлениях на эти темы не исключал подобных вариантов, но они были, так сказать, теоретическими выкладками. А теперь получается, что это чистая практика!

Наконец Наташа оторвалась от неведомой точки в пространстве и, повернувшись ко мне, сказала:

– Да, Знахарь, все сходится. Если хочешь жить, не отдавай камней ворам. А если отдашь, то хотя бы позвони мне минут через пять, может, еще успеешь попрощаться.

Она была совершенно права.

Странная все-таки баба… И, между прочим, временами умная, и даже очень. Понятное дело, ее там, в конторе, натаскали по всякому шпионажу и интригам, и мне в некотором смысле до нее далеко. Я – любитель, хороший любитель, супер, можно сказать! А она – профессионал. А что такое профессионал – мне известно очень хорошо. Я сам когда-то был профессиональным реаниматологом.

Что-то подсказывало мне, что, несмотря на наше с ней разнообразное прошлое, я мог ей доверять. Хотя бы потому, что, как я подозревал, у нее тоже не все в порядке и она рассчитывает на меня. Пока я не знал, в чем дело, но ее заинтересованность во мне не вызывала никаких сомнений.

А хрен с ним, где наша не пропадала!

– Послушай-ка меня, Наташа, – сказал я, и она посмотрела на меня, – сейчас я тебе расскажу кое-что очень важное.