Лев Пучков - Пасынки Джихада

— Хорошо, Вите уже доложил. Сутки имеем… Угу…

Перевожу: до завтрашнего вечернего доклада у нас есть сутки, чтобы работать в рамках версии «Руденко — главный шпион». А потом придётся доложить, что шпион мёртв и версия была, как теперь стало понятно, ложной. Причём надо подумать, как бы половчее доложить, чтобы опустить время обнаружения трупа. А то ведь, если выяснится, что водили начальство за нос целые сутки, кое-кому так не поздоровится, что даже представить страшно!

— Значит, всё-таки те даги? Машина — их…

Тут и переводить не надо. Выходит, главные негодяи — дагестанцы. Всех перерезали, под прикрытием полковника выехали из дивизии. Но шустрые-то какие, просто фантастика! Прямо как три Васи, связанных колючей проволокой. Везде успели…

— Теперь надо быстренько придумать, что с этим делать…

То есть с трупом и пленными. Пять минут назад полковник договаривался насчёт того, чтобы всего лишь приютить двоих угонщиков на ночь. Теперь у нас появился труп и выяснилось, что угонщики не просто так, а вроде как при трупе. Да и труп — не абы кого, а главного фигуранта всей этой свистопляски, что творится в городе уже вторые сутки.

В общем, по всем раскладам выходит: надо немедленно сдавать всё «важнякам» из Москвы. И труп и угонщиков…

— Не врут, — спустя три минуты доложил Петрушин. — Насчёт трупа вообще ничего не знают. Султан намекнул, что груз, от которого надо избавиться, — особый. В мыслях они держали, что это может быть труп, но такого в делах с Султаном раньше не было, так что как-то всерьёз это не восприняли…

— Ай, как всё плохо, — закручинился Иванов. — Останемся без всего. Версии — хана, работе — тоже…

— А поговорить? — напомнил Костя — основной наш мастер насчёт продуктивно соображать в режиме цейтнота.

— В смысле?

— Мы хотели ехать к Султану.

— Но это было до трупа.

— А какая разница? Сдадим под охрану место происшествия, позвоним, скажем, что есть информация, надо встретиться лично. Поедем к важнякам, а по дороге мимоходом заскочим к Султану. Нам это кто-нибудь запрещает? Нет. А вдруг мы там что-нибудь узнаем?

— А вдруг там эти даги? — подлил масла в огонь Петрушин.

— Тогда бы это вообще решило все проблемы… — в голосе Иванова мимолётно звякнула этакая серебристая нотка надежды. — Так… Пока с той стороны не было ни одного выстрела. Всё — ножами. Это на край, если Султан вдруг связан с дагестанцами… Угу… Их вроде бы двое, а нас пятеро, и мы вооружены. Кроме того, у нас один Петрушин за семерых прокатит…

— Непонятно мне, по какому поводу сомнения, — проворчал Петрушин. — Давайте просто поедем и пообщаемся. А если эти там — спеленаем и выложим москвичам на блюдечке. И делу конец…

— Хорошо, — Иванов достал телефон. — Сейчас поедем…

И поехали — но не сейчас. Потому что Иванов созвонился с Глебычем и сказал, что планы слегка изменились. В результате минут через двадцать к нам подъехал автобус с дюжиной бойцов ОМОНа, их командиром и Глебычем в придачу.

Иванов сдал под охрану место происшествия (вернее, задержанных, машину и труп — собственно происшествия не было), сказал, что теперь всё официально, здесь работает комиссия генерала Власова (начальник московских «важняков») и примерно через час будет опергруппа. Мы поехали докладывать, а по дороге кое-куда надо заскочить, так что неплохо бы выделить пару-тройку бойцов для прикрытия…

Кореш Глебыча расставил бойцов, а сам не остался, поскольку уже вовсю благоухал и опасался, что генерал может пожаловать сюда лично.

— Я сам вас прикрою, — сообщил он. — Пару бойцов с пулемётами возьму, будет достаточно. Если что — покрошим там всех в капусту.

Вот после этого мы и поехали. То есть с момента задержания угонщиков минуло немногим менее часа…

Усадьба семьи Султана Муратова тоже располагается в частном секторе, но подальше от того места, где мы взяли угонщиков. Если по карте смотреть, километрах в пяти от дивизии.

Командир ОМОНа сказал, что Арсен Муратов — папа Султана — человек в этих краях небезызвестный, пользуется авторитетом. И вообще, этот район — что-то типа «Второго Магаса». Проживают в основном вайнахи — чечены и ингуши, но люди уважаемые и мирные.

— Тут всегда всё тихо. У нас с ними никогда проблем не было.

— Ничего, теперь будут, — неловко пошутил Петрушин. — Только не у вас с ними, а у них с нами.

Встали недалеко от усадьбы Муратовых, коротенько посовещались. Омоновцы, имеющие немалый опыт «зачисток» в областях, не столь отдалённых отсюда, предложили свой вариант размещения единиц боевого порядка.