Девятнадцатый тик весны

- Скажи PassWord?

- PassWord.

- "Айсман" - подумал Штирлиц.

Горничная открыла дверь.

- Здравствуй, милашка, - сказал Айсман, и, похло-

пав ее по щеке, устремился в туалет. Из туалета до-

несся его облегченный голос:

- Между прочим, вы не слышали, Штирлиц, Борман

побаловался у Геринга программкой Disk Manager, и тот

испортил докладную фюреру!

Айсман вошел в комнату, поправляя подтяжки.

- Понаставили, сволочи, платных сортиров за 10

килобайтов, я и думаю, дай зайду к Штирлицу. Где тут у

тебя дискетки?

Штирлиц кивнул на сервант.

Айсман выдвинул ящик, положил пачку дискет в кар-

ман мундира и достал дискету из уже открытой пачки.

Горничная, прекрасно зная привычки господина

штандартенфюрера, внесла поднос с клейстером.

- Айсман, - спросил Штирлиц, - как вы относитесь

к женщинам?

- Я к ним не отношусь, - сострил Айсман, - а когда?

- Например, в четверг.

- А где?

- В BBS моего пастора.

- В BBS? - с сомнением спросил Айсман.

- А что? - сказал атеист Штирлиц, - Он к четвергу

ее переобрудует, пригласим еще кого-нибудь, чтобы по-

том не было сплетен.

- Бормана будем приглашать?

- Обязательно, без него скучно.

Айсман составил списки, кого приглашать, а кого

не надо. Штирлиц одобрил оба списка, прекрасно зная,

что те кого не пригласят, явятся сами.

Когода Айсман ушел, Штирлиц снова потянулся за

томиком Вирта.

- Интересно, что скажет по этому поводу Кальтенб-

рунер?

Часы пробили одиннадцать. Через пять минут к нему

постучалась горничная, хорошо знающая привычки Штирли-

ца.

Г Л А В А 9

Хитроумный Борман послюнявил клавиатуру и почер-

ком Нортона написал Message Штирлицу.

"Dear Shtirlitz!

I am very interested you. Come today to the

Shtandart-Shtrasse, 15.

Wait you.

P.N. "

- Краткость - сестра таланта, - порадовался Бор-

ман и, повизгивая от восторга, написал на конверте

"товарищу Штирлицу".

Борман все тщательно обдумал. Эта шутка должна

была стать апофеозом его творческой деятельности, его

лебединой песней. По указанному адресу все было устро-

ено так, что обратно Штирлица принесли бы на носилках.

Борман тихо хрюкнул и представил в уме эту картину.

Причесанный Штирлиц с букетом роз и во фраке вхо-

дит в дом номер 15, дверь за ним закрывается. Штирлиц

нежным голосом зовет в темноту: "Петенька!!!"... И па-

дает, поскользнувшись на натертом очистительной жид-

костью полу. При падении он задевает за принтерную

ленту, и на него падает небольшой CGA-монитор. Большой

Борман достать не смог. MCGA, правда, он видел у Ге-

ринга, но тот, обозленный проделкой с Disk Manager'ом,

выставил Бормана за дверь.

Итак, как только монитор падает на Штирлица,

дверь автоматически запирается, срабатывает небольшая

программка, настроченная наспех на Турбо Си, и откры-

вается газовая камера.

- Хы, хы! - зашелся от смеха Борман и осекся, - а

что если Штирлиц не поймет, что такое "P.N."?

Борман задумался.

- Штирлиц тогда никогда не пойдет по этому ад-

ресу... Партайгеноссе представил, как в дом никто

не входит,

монитор не падает, газовая камера простаивает. А ведь на ее

испытание Борман угробил половину 6-го барака концлагеря

"Равенсбрюк"!

С досады Борман чесал лысину до тех пор, пока его

не осенило. Он снова обслюнявил клавиатуру, удалил

блок со словом "Штирлицу" и вбил "Штирлицу от Пети

Нортона".

- Теперь все в порядке!

Да, эта шутка должна стать самой веселой шуткой

Бормана.

Партайгеноссе встал и взглянул на часы. Пора было

ехать на званный вечер, организованный Штирлицем.

Борман сел в машину, щелчком по макушке дал шофе-

ру понять, что надо ехать. Машина поехала.

Подкатив к церкви, Борман открыл дверцу и, уже

занося ногу на тротуар, обнаружил, что забыл дискету с

письмом в дисководе.

"Вовремя вспомнил, - похвалил он себя, - грех еще

жаловаться на память."

Ему пришлось вернуться за дисектой, и поэтому он

опоздал.

Штирлиц нервничал. Его настораживало отсутствие

Бормана, который был ему необходим для начала задуман-

ной операции. Рядом с задумчивым Штирлицем сидел Мюл-

лер, проверяя на свет кружку с клейстером.

- Что бы вы не говорили, Штирлиц, - скептически

сказал он, - а баварский клейстер в три раза лучше жи-

гулевского.

- Ясный пень, - буркнул Штириц, - Но где же Бор-

ман? Небось опять задумал очередную гадость!

- Дубу понятно, - согласился Мюллер, - Он без

этого не может.