По старинным осетинским обычаям в прошлом младший брат не женился раньше старшего. Этот же порядок строго соблюдался и в отношении сестер. В этом же сказании упоминается о распространенном горском этикете, по которому в пути младший всегда идет с левой стороны старшего.
По сохранившемуся до сих пор осетинскому обычаю при встрече с охотником, убившим зверя, встретившийся получал из добычи определенную долю. В свою очередь путник, увидев убитого зверя, бросает на тушу ветки, желая охотнику новых удач.
Осетинский нартский эпос формировался в течение многих веков. Он создавался в тот период, когда древнеираноязычные предки осетин (скифы, сарматы, аланы) проживали еще вдали от Центрального Кавказа, около Черного и Азовского морей, таких рек, как Дон, Волга, Днепр, сохранивших свои древние названия в эпосе. Не случайно поэтому в сказаниях о нартах часто упоминаются моря и названия больших рек. Они же сохранили нам некоторые черты скифского быта. Альчик — распространенная в прошлом игра осетинских детей. Соответствует русской игре в бабки.
В прошлом у осетин было много патриархальных обычаев, которые ставили женщину-осетинку в особое, неравноправное, иногда унизительное положение. Женщина, например, всю жизнь не разговаривала со старшими родственниками мужа, некоторое время — со старыми женщинами семьи. В присутствии мужчины, если ей нужно было позвать кого-нибудь из женщин или молодых людей, она пользовалась жестами, мимикой или обращалась к ним со словами «кыс-кыс», что в переводе означает «слышишь».
Многие события, описываемые в сказаниях, пока остаются не расшифрованными, в том числе и Сухское (или Суховское) побоище. По мнению некоторых исследователей нартского эпоса, в слове «сух» скрывается забытый этнический термин и в целом выражение «сухское побоище», вероятно, означает истребление некоего народа-суха.
Донбеттыр — владыка водного царства. Из многих сказаний видно, что нарты жили недалеко от морских просторов, по земле нартов протекали большие реки. Эпос тесно связывает многочисленными нитями нартов с водной стихией, с существами, обитающими в воде. В доме Донбеттыра воспитывались знаменитые нартские герои, отсюда приводит жену Хамыц, отец Батрадза, с донбеттырами связано происхождение Шатаны и хитрого Сырдона. Шатана, обращаясь к Батрадау, говорит: «…спеши скорее к берегу моря, где живут родственники наши, донбеттыры. Когда подойдешь к берегу, крикни: „Маленький Чех (имя одного из донбеттыров. — Б. К.), помощь твоя стала мне нужна, я не чужой, я вам родной. Укажи мне скорее, где живет Тыхыфырт Мукара…“»
В этом ответе Сослана звучит обида за горцев, презираемых Аколой. Смысл его слов приблизительно такой: «Ты сама не стоишь тех горцев, о которых говоришь свысока».
Так сказал знаменитый нартский герой Хамыц своему коню. Еще до недавнего времени в осетинских похоронных обрядах важное место занимал ритуал посвящения коня покойнику, уходящий своими корнями в скифскую эпоху. Скифы, как сарматы и аланы, хоронили с покойником его лошадь, осетины заменили это отрезанием у животного кончика уха и клали его также в могилу умершего. Церемония посвящения происходила весьма торжественно. Коня наряжали, на него навешивали доспехи покойника. Затем старик посвятитель, обведя коня вокруг носилок три раза, произносил длинную и красивую напутственную речь. После этого совершали отрезание кончика уха. Считали, что посвященный конь несет несчастье дому. Поэтому его, через год после смерти хозяина, продавали первому попавшемуся покупателю. Смысл слов Хамыца здесь таков: «Чтоб ты сгинул, чтоб ты пропал».
Давным-давно у осетин, как и у других кавказских народов, существовал обычай — в честь умершего устраивать скачки. Участники скачек обычно получали как призы некоторые ценные вещи покойного, а также подарки, выделенные семьей умершего. В данном случае имеются в виду совсем давние времена, когда в качестве призов, вероятно, разыгрывались и пленные.
В старой Осетии широко бытовал обычай двоеженства, особенно среди осетинских феодалов.
Побратимство у осетин называется артхорд (от слова клятва). Этимологически восходит к древнеиранскому, сам обряд, широко бытовавший у осетин в прошлом, судя по описанию Геродота и археологическим памятникам, весьма близкий со скифским обрядом побратимства. У осетин ритуал побратимства таков: братающиеся наполняли бокал аракой или пивом и бросали туда серебряную монету, и каждый трижды пил из бокала, клянясь в верности.
Читать дальше