Боэций. Комментарий к «Категориям» Аристотеля (с. 123 настоящей антологии).
Там же.
Имеется в виду любое нарицательное слово или название.
Абеляр различает определения сущностные (secundum essentia) и адъективные (secundum adjacentiam). Первые — определения существующих вещей, вторые — отыменных. Здесь и ниже essentia грамматически означает имя существительное, adjacentia — имя прилагательное. Логически оно отлично от субстанции, ибо, отвечая на вопрос «что есть?», обозначает нематериальный аспект вещи, выражая то субстанцию (если свидетельствует необходимое свойство вещи), то количество, то качество и т.д.
Под субсистенцией Боэций понимал «то, что само не нуждается в акциденциях для того, чтобы быть. А субстанция — это то, что само служит неким подлежащим для других акциденций, без чего они существовать не могут. Она стоит «под» акциденциями как их подлежащее (subjectum)» (Боэций. Против Евтихия и Нестория // Боэций. Утешение философией. С. 173.
Со времен Августина под сентенцией понималось «то, что чувствуется душой или умом» (Августин. О Граде Божием. Т. 2. С. 177), то есть то, что погружено внутрь души, выражая глубинные внутренние смыслы.
См.: Петр Абеляр. Логика для «начинающих» (Глоссы к Порфирию) /./ Абеляр. Тео-логические трактаты. С. 53.
См.: Боэций. Комментарии к «Категориям» Аристотеля (с. 124 настоящей антологии).
См.: Боэций. Комментарии к Порфирию // Боэций. Утешение философией. С. 6-7.
Boetii In Categorias Aristotelis libri quatuor // PL. T. 64. Col. 256 B.
Ibid. Col. 162 AB.
См.: Боэций. Комментарии к «Категориям» Аристотеля (с. 125 настоящей антологии).
Там же.
Аристотель. Категории, 1b 25.
Там же, 2а 5.
Боэций. Комментарий к «Категориям» Аристотеля (с. 125 настоящей антологии).
Там же.
Ср.: Боэций. Комментарий к Порфирию// Боэций. Утешение философией. С. И.
См.: Абеляр. Глоссы к Порфирию 47, 26.
Т. е. грамматически были бы прилагательными.
Присциан — латинский грамматик VI в. См.: Priscianus. Institutio de arte grammatica I 56, 29.
Речь здесь идет о словах, образованных от других слов, что называлось у Присциана denominativa (отыменное, пароним), причем этот термин применялся и к именам, и к глаголам. Как пишет И. В. Купреева в комментариях к диалогу «О грамотном» Ансельма Кентерберийского: «Ансельм в поздних работах в качестве синонима к denominativum использует термин nomen sumptum (имя заимствованное)» (Ансельм. Сочинения. С. 307). Скорее всего, в этом качестве этот термин использует и Абеляр.
Res здесь, по-видимому, как у Ансельма, понимается как то, «о чем мы говорим, что оно в каком-то смысле есть нечто» (цит. по: Ансельм. Сочинения. С. 315, примеч. A3, составленное И. В. Купреевой).
Аристотель. Категории 1b 25; Боэций. Комментарий к «Категориям» Аристотеля (с. 125 настоящей антологии).
Цитата из «Комментариев к Аристотелю» Боэция. Ср.: Боэций. Комментарий к «Категориям» Аристотеля (с. 125 настоящей антологии).
Разумеется, эти два слова можно переводить, скажем, как «равнозвучное» и «однозвучное», если бы такой перевод не был бы слишком аморфен, тогда уж лучше бы сделать обратный перевод на греческий и передать их как «омоним» и «синоним». Возможно, стоило бы перевести как «двузначное» и «однозначное», сохраняя общий корень, но в таком случае из первого исчезло бы присутствие подвижности, которое до сих пор сохраняется в слове «экивок» и которое необходимо для понимания этой подвижности — не в смысле неустойчивости, а как раз наоборот, в смысле существования озвученного, произносимого, сказываемого слова, для которого характерна такая подвижность, понимаемая как устойчивое свойство сказываемого слова. В случае однозначности смысл «слипается» со знаком, в случае двусмысленности знак входит в состав смысла. Более того, в тексте сохраняется написание «двусмысленный» лишь до того момента, пока Абеляр сам не пояснит, что речь идет об эквивокации или эквивокатности как о дву-о-смысленности или дву-о-смысленном. После этого мы будем употреблять термины «двуосмысленный» или «эквивокальный», «двуосмысленность» или «эквивокация» на правах синонимов.
Читать дальше