KRISHNA - Unknown

Второй - эвакуация всем детским домом, - слегка повышаю голос, и продолжаю, - и не мне вам рассказывать как и куда за последние дни я кричала и просила, что бы нас куда ни будь забрали в место побезопаснее. Но, - опять делаю паузу,- но сейчас я думаю, что спасать нас уже некому и некуда. - Единственный вариант - в 80 километрах отсюда, как я поняла из радиообращения, разворачивается городок спасения. Военные ставят палатки, раздают пищу, дают душеспасительные указания и тому подобное. Но, может я такой перестраховщик в юбке, но не нравится мне, что-то в этих призывах. Честно, не нравится, и даже не знаю, как сказать.

Вдруг вижу поднятый указательный палец Прохора: как бы незаметно поднятая рука. Молча киваю ему, и он говорит.

- Катерина Тимофеевна, тут я с вами согласен. Мне тоже этот лагерь кажется каким то хитрожопым..

- Поясните, пожалуйста, Прохор Николаевич.

- Я до работы инженером лет пять в МЧС прослужил: 2 года по срочке и три по контракту. Так вот, я тоже вчера вечером услыхал то, что передают из Томаковки. Около 12 ночи...

- И?!

- Ну, как бы вам сказать... Если бы я хотел отсидеться подальше от опасности, да спасти как можно меньше людей - ведь их надо еще и кормить, то я бы тоже там беженцев 'спасал': пеший туда не дойдет, а 'конный' в этот лагерь и так не поедет. Как ни как 70 км. от города. Как-то так. Да и склады Гос. Резерва, там кажется, находятся.

Молча киваю Прохору: он очень сформулировал то, что вертелось у меня на языке, но так и не смогло разродиться в логичный вывод.

Смотрю с прищуром на своих приспешников и продолжаю говорить. - И сдается мне, что там нам будет не лучше, чем тут. - А военные любят командовать. И еще, мы не знаем - во что потом выльется покровительство и добрая воля военных. Сейчас они сидят на складах и там реально много жратвы. Но она не безгранична, а потом начнутся терки, и, к примеру, лбы Димы и Прохора так и просятся для того, что бы их забрили, а их владельцев - мобилизовали или пристроили на общественно полезные работы ('сладкая парочка' ежится, отмечаю я про себя). Относительно женщин - я не думаю, что будет совсем уж плохо, но... может быть по-всякому.

Беру стакан воды, и делаю глоток. Надо сделать паузу, что бы мой последний месседж шел отдельно от первых двух. А затем продолжаю. - Третий вариант - остаться пока тут, попытаться обустроиться, и найти помощь - хотя бы тех же спасателей из Томаковки. И попытаться выклянчить у них продуктов, и, - делаю паузу, глядя на Диму и Прохора, - оружие для нас.

Как ни странно, но со мною соглашаются... Не сразу, не полностью, но соглашаются.

А теперь главная задача, - продолжаю я. - Первые три-четыре дня, пока армагедец не настал, нас спасало то, что нас всех раньше бесило (начинаю загибать пальцы) отдаленное местоположение, по-дибильному сделанные подъезд, который с трассы сразу не разглядишь, небольшой мостик над речушкой, и шлагбаум перед ним. Теперь два наших корпуса - ваш и детский, кому то могут показаться ну просто замечательным домом для временного и постоянного жилища.

Понятное дело, - мы сейчас не сможем никому противостоять. И если нас попросят отсель, включится вариант ?2. Но зачем доводить до крайностей? Итак, ваши предложения?

Наш милый междусобойчик затягивается еще на 30 минут. Предложения сыплются разные, а Маруся, как мой секретарь начинает все стенографировать:

- Взорвать и разрушить мост. (ДИМА) - Нечем, да и зачем? Мы же не в глухую осаду садимся.

- Баррикада на мосту. (ДИМА)- Ага! Лучшей визитной карточки, что тут что-то заслуживающее пристального внимания - и не надо.

- Завал из деревьев (МАША)- Смотри про баррикаду на мосту...

- Попросить военных прислать патруль (МАРУСЯ) - А кто к ним сейчас поедет, и главное - где гарантия, что детский дом не будет выселен в благоустроенный палаточный лагерь (с самыми благими намерениями), а сюда не будет поставлен гарнизон солдатиков охранять офицерских жен с детЯми?

Это словоблудие продолжается еще около получаса, пока Прохор не предлагает идею - настолько же извращенную, насколько и гениальную.

Об извращенной сообразительности бывших зеков мне как то рассказал сама папА (вернее не мне, а Тоше - моему братцу). Ну а из Тоши я сама выдавила - что они там ржали, аки мерины? Оказалось, что папа рассказывал случай из своей молодости, когда проходил практику. Из деревни мужик на кобыле привез продукты в рабочую столовую. Это был его не первая ходка и не последняя в этом месяце. А надо ж такому случиться, что один поселенец 'на химии' ввиду отсутствия денег проиграл в карты своим коллегам одно 'желание', и теперь, по приговору товарищей (довольно таки гуманному) должен был трахнуть кобылу. Проигравший был в принципе готов морально к этому, но был вопрос с техническим исполнением задуманного - ведь кобылка большая и совладать с ней трудно. Да и лягнуть может.