Uss - Unknown

— Я понятия не имею, что ты только что сказала.

Я сжала губы вместе, чтобы не рассмеяться, и снова посмотрела на Сэм.

— Но мою пятую стадию горя я собираюсь обозначить как кварк-глюонную плазму 5. Это состояние вещества считается возможным, но только теоретически... пока.

— Теоретически?

— Теоретически, потому что пятая стадия горя должна помочь мне оставить в прошлом Мартина, чего, признаю, еще не произошло. А еще мне нужно найти свое предназначение, используя саму себя в качестве компаса.

— Ты же знаешь, что можешь использовать меня в качестве компаса. Я очень хороша в вышеупомянутых непрошенных советах.

Если бы я не знала этого раньше, то поняла бы сейчас: Сэм была необычайно замечательной.

— Я знаю. Но это больше, чем просто оставить Мартина. Это этап, когда мне станет комфортно в собственном теле, я буду счастлива из-за того, кто я, что я делаю и с кем.

— Итак, теоретически.

— Да. — Я кивнула, улыбаясь в ответ обнадеживающей ухмылке Сэм. — Это пока еще теоретически. Но все возможно.

* * *

Спустя восемь месяцев после расставания…

Я нашла маму в саду.

Она была дома на время выходных в Конгрессе в честь Дня благодарения. Подрастая, я всегда думала, это было смешно, что американские власти брали перерыв, словно маленькие дети на переменках в начальной школе. Я представляла Спикера Палаты, висящим вниз головой на шведской стенке, а руководителя лидера большинства, вымогающим деньги на обед у младших сенаторов.

Я знала, что мы увиделись бы, потому что это было в воскресной повестке дня за последний месяц. Мысленно я уже подготовилась к этой встрече. Она сказала, что мне нужно было время, чтобы обсудить мое многомесячное отсутствие в ее жизни и мой перерыв в учебе.

Но время пришло. Мне нужно было поговорить с ней об этом, хотя все было запутанным и нерешенным. Я нуждалась в том, чтобы она меня выслушала без попыток все исправить.

Когда я нашла ее в саду, то объявила ей в спину:

— Я хочу быть музыкантом. Я хочу заниматься музыкой, и главное, я не хочу быть ученым или политиком.

Мама повернулась, когда я заговорила, посмотрев на меня и немного сморщив лоб, вероятно потому, что я не была склонна к вспышкам гнева. После этого она кивнула и сказала:

— Ладно.

Я ожидала, что она продолжила бы, может, добавила бы типа: "Но теперь ты сама по себе" или "Но когда ты опомнишься", или что-то похожее. Но она ничего не сказала.

Когда она продолжила просто смотреть на меня, я, не выдержав, выпалила:

— Ты думаешь, это просто такой этап, верно?

Мама сделала глубокий вздох, опустив взгляд в землю, затем снова посмотрела на меня.

— Может быть. А может и нет.

— Ты разочарована во мне? Потому что я взяла перерыв в учебе? Потому что не пошла по твоим стопам? Потому что я...

Она подняла руки, останавливая меня.

— Кэйтлин, остановись. Просто остановись. Перестань говорить за меня. Я не разочарована в тебе. Я разочарована в себе.

Я хмуро посмотрела на нее, рассматривая свою мать в темном брючном костюме и голубой рубашке с маленьким флагом США на лацкане. Наконец спросила:

— Почему?

— Потому что ты явно нуждаешься в моей поддержке, а я не знаю, как это сделать. — Она подошла ко мне, всматриваясь в меня, и неожиданно потянула к себе, обнимая.

Когда она заговорила, я почувствовала, как ее подбородок двигался напротив моей головы.

— Я не... я никогда не была хороша в роли матери.

Я рассмеялась отчасти потому, что не ожидала от нее это услышать, отчасти потому, что это была правда.

Она обняла меня крепче.

— Я хороша в рациональном, методическом решении проблем, используя логику и анализ. Но как бы ни старалась, я никогда не смогу утешить тебя должным образом. Я так сожалею.

Мои внутренности затопило теплым облегчением, сопровождающимся надеждой. Я сжала ее в ответ, не в силах сдержаться.

— Ты прощена.

Мама отступила назад, не отпуская моих рук. Она была явно расстроена.

— Я не знаю, как помочь тебе или быть такой, какой тебе нужно, Кэйтлин.

— Ты можешь просто слушать?

— Да. Конечно.

— Без попыток решить проблему или искать оптимальное решение моего вопроса?

Она колебалась, сузив глаза и выглядя недоверчивой.

— Ты имеешь в виду, просто слушать?

Я кивнула.

Она пристально смотрела на меня, потом, по-видимому, укрепившись в своей решимости, сказала:

— Для тебя, безусловно.

* * *

Спустя девять месяцев после расставания…