Гусев Андрей - А

— Слушай, Мария, это звучало отвратительно с моей стороны. Мне жаль, —

произнес я, пытаясь притормозить. Мне нужно было закончить этот разговор около пяти

минут назад.

— Нет, ты прав, Клэй! Я глупая и запутавшаяся, которая загуляла со старым

мужиком, который мог бы быть моим отцом и оказался злостным засранцем. Затем мудак

решил предложить меня всем своим друзьям, и я согласилась, потому что у меня нет

чертовой гордости! Нет самоуважения! Что со мной не так? Почему я не могу принять

решение, которое не было бы дерьмовым? — плакала она, и я не знал, что сказать.

Часть меня хотела заставить ее чувствовать себя лучше. Это та девушка, которая

была моим другом, во время самого ужасного времени в моей жизни.

Но другая часть меня хотела сказать ей, чтобы она проснулась к чертовой матери.

Мы все должны нести ответственность за решения, которые принимаем, и пока она этого

не делает, она застревает на одном месте. Я учился этому медленно.

— Я возвращаюсь в центр «Грэйсон». Я разговаривала с доктором Тоддом вчера. Он

устроил для меня заезд после Дня благодарения, — произнесла Мария до того, как я смог

что-то сказать.

Я не ожидал, что Мария будет настолько инициативна. Сказать, что я был удивлен,

было преуменьшением.

— Вау, Мария. Это замечательно! — ответил я ей искренне.

— Спасибо. Я чувствую, что на этот раз это должно помочь, — сказала она, и я

правда надеялся, что так все и будет.

— Я бы хотела увидеть тебя, прежде чем отправлюсь туда снова. Знаешь, выпить

кофе, или еще что-нибудь. Я испортила много вещей в своей жизни и пытаюсь сделать все

28

Перевод книги «Теплота во льдах» подготовлен для http://fallenarchangel.ru и

https://vk.com/hushrussia

правильно. Я разрушила нашу дружбу. Я знаю, что была идиоткой, когда видела тебя в

последний раз, и была сукой по отношению к твоей девушке. Я просто хочу тебя увидеть и

попытаться загладить свою вину, — произнесла Мария в спешке.

— Я не знаю, — ответил я нерешительно. Я беспокоился о том, что это будет

означать для Мэгги. Я мог заверять свою девушку до посинения, что все будет хорошо, но

знал, она чувствовала неуверенность и ревность так же, как и я. Если перевернуть

ситуацию, и эта тупая задница Джейк позвонит ей и пригласит на кофе, я сяду на

следующий рейс до Вирджинии, чтобы надрать ему задницу.

— Я понимаю, — грустно произнесла Мария. Дерьмо, от этого я стал чувствовать

себя еще хуже. Называйте меня придурком, но я не хотел, чтобы Мария чувствовала себя

плохо перед тем, как отправится обратно в «Грэйсон». Я не мог забыть, что она была

просто девушкой с проблемами, которая пыталась привести свою жизнь в порядок. В этом

отношении мы с ней были похожи. Мы просто действовали по-разному. Мария раздвигала

ноги, а я резал себе кожу. Кто я такой, чтобы судить выбор, который она сделала?

— Вообще-то, да. Давай выпьем кофе. У меня занятия во вторник и в четверг после

обеда, и я работаю утром в среду, но просто дай мне знать когда, и я все устрою, — сказал

я ей.

— Правда? Это звучит потрясающе, Клэй! Спасибо тебе! Как насчет того, чтобы я

написала тебе позже, и мы сможем назначить время и место, — взволнованно сказала

Мария, и я чувствовал себя виноватым из-за того, что испытывал меньший восторг от этой

идеи.

После этого мы попрощались, и я вернулся в комнату, чтобы взять свой рюкзак. У

меня назначена встреча с терапевтом, а затем нужно идти на занятия. Я не лгал, когда

сказал Марии, что у меня куча дерьма, которое нужно сделать в течение недели.

Между всеми этими занятиями, групповой терапией, встречами с терапевтом,

лечением, моей работой на полставки у меня едва хватало времени на чертово дыхание.

Но, вероятно, это было к лучшему. Чем больше я был занят, тем меньше у меня было

времени сидеть на заднице и думать о дерьме. Возможно, в один прекрасный день, я смогу

сидеть сложа руки и размышлять о своей жизни, не думая об ошибках, которые совершил.

Но этот день еще не наступил. Так что сейчас, я ценил хаос.

Десять минут спустя я остановился перед неописуемым зданием с грязно-белой

обшивкой. Я вошел внутрь, написал свое имя в планшете в окошке приемной и сел.

Это место не имело ничего общего с офисом моего прошлого терапевта. Шэймус

украсил свое место аквариумами с рыбками и комнатными растениями. Он говорил, что

важно, чтобы пациенты чувствовали себя комфортно, словно заходят в чей-то дом.